— Минни Джексон. Ой! Попалась! — Мисс Селия прикрывает ладошкой рот. — Элизабет заставила меня поклясться, что я никому не скажу, что это она рекомендовала мне Минни, а я проболталась.

— Элизабет… рекомендовала Минни Джексон?

Появляется мисс Лифолт:

— Эйбилин, она проснулась. Ступайте уложите ее. Я со своей спиной даже пилочку для ногтей поднять не могу.

Спешу в комнату Мэй Мобли, но когда заглядываю туда, малышка уже опять уснула. Бегом мчусь в столовую. Мисс Хилли как раз захлопывает входную дверь и усаживается за стол с таким видом, будто проглотила кошку, которая проглотила канарейку.

— Эйбилин, — распоряжается мисс Лифолт, — подавайте салат, мы уже заждались.

Тарелки на подносе, что я выношу из кухни, постукивают от ужаса, как зубы.

— …та самая, что украла все серебро у вашей матери…

— …думала, что всем в городе известно, что эта черномазая — воровка…

— …я бы никогда и ни за что не рекомендовала…

— …видели, как она одета? Кто она такая…

— Я выясню правду, чего бы мне это ни стоило, — выносит приговор мисс Хилли.

Минни

Глава 24

Дожидаюсь мисс Селию, оттирая раковину в кухне. Тряпку уже в клочья изорвала. Эта чокнутая встала сегодня утром, запихала себя в самый тесный розовый джемпер — а это уже о чем-то говорит — и заявила: «Я отправляюсь к Элизабет Лифолт. Прямо сейчас, пока духу хватает, Минни». И укатила на своем «шевроле» с откидным верхом, напоследок прищемив юбку дверцей.

Я вся извелась, пока Эйбилин не позвонила. Она даже заикалась от огорчения. Мисс Селия не только сообщила дамам, что у нее работает Минни Джексон, она еще рассказала, что именно мисс Лифолт «рекомендовала» меня ей. И это все, что удалось подслушать Эйбилин. Эти квочки за пять минут все выяснили.

И теперь мне остается только ждать. Ждать, пока — раз — мою лучшую подругу уволят за то, что нашла мне работу. И два — повторит ли мисс Хилли для мисс Селии мерзкую ложь про то, что я воровка. И — два с половиной — расскажет ли она, как я отомстила ей за вранье. Я вовсе не жалею о Кошмарной Ужасности, которую ей устроила. Но теперь, когда мисс Хилли засадила свою служанку в тюрьму за ерунду, и представить нельзя, что эта женщина сотворит со мной.

Машина мисс Селии подъезжает к дому только в десять минут пятого — я обычно ухожу часом раньше.

— Минни, уже поздно! — испуганно кричит она.

— Что с мисс Лифолт? — Даже не пытаюсь сдерживаться. Мне срочно нужно знать.

— Уходите, пожалуйста! Джонни может вернуться в любую минуту. — Она подталкивает меня в сторону прачечной, где я храню свои вещички. — Поговорим завтра.

Но впервые я не хочу идти домой, мне позарез нужно узнать, что мисс Хилли про меня наплела. Услышать, что ваша прислуга — воровка, это все равно как услышать, что учитель ваших детей — извращенец. Вы не станете делиться с ними «определенными сомнениями», а просто выгоните к чертовой матери.

Но мисс Селия не желает ничего рассказать. Просто выталкивает меня из дома, чтоб она могла продолжать свои дурацкие игры. Мистер Джонни про меня знает. Мисс Селия знает, что мистер Джонни знает. Но мистер Джонни не знает, что мисс Селия знает, что он знает. И из-за этого идиотизма мне приходится уходить в четыре десять и всю ночь переживать насчет мисс Хилли.

Утром Эйбилин звонит мне еще до работы.

— Я сегодня с утра пораньше позвонила бедняжке Фанни, понимала, что ты всю ночь с ума сходила. («Бедняжка Фанни» — это новая прислуга мисс Хилли. Правильнее назвать ее Дурочка Фанни, за то, что вообще согласилась там работать.) Она слышала, как мисс Лифолт и мисс Хилли сошлись на том, что ты подделала рекомендации, чтобы получить работу у мисс Селии.

Ф-фуу.

— Рада, что ты не влипла в неприятности.

Отлично, теперь мисс Хилли называет меня лгуньей и воровкой.

— Не переживай за меня, — говорит Эйбилин. — Только следи, чтобы твоя хозяйка не общалась с мисс Хилли.

Я прихожу на работу, а мисс Селия спешит в магазин, приодеться к Празднику в следующем месяце. Желает успеть к самому открытию. Да, не то что в прежние дни, когда она была беременна. Теперь дождаться не может, как бы сбежать из дома.

Протираю пластиковые стулья на заднем дворе. Птички раздраженно щебечут, завидев меня, и кажется, что это стрекочет куст камелии. Минувшей весной мисс Селия все приставала ко мне, чтоб я брала цветы домой. Но знаю я эти камелии. Приносишь домой букет, думаешь, как чудесно он выглядит, но стоит чуть зазеваться — и у вас полный дом цветочных клещей.

Где-то в кустах хрустнула ветка, потом еще. Я мигом настораживаюсь. Мы тут у черта на куличках, случись что — кричи не кричи, на много миль вокруг никто не услышит. Прислушиваюсь, но звук не повторяется. Говорю себе, что это старые привычки, еще с тех пор, как боялась появления мистера Джонни. А может, у меня паранойя после вчерашней работы над книжкой вместе с мисс Скитер. Мне всегда тревожно после разговоров с ней.