Читаем Пришествие фей. полностью

В своей замечательной книге «Странник в духовных мирах», изданной в 1896 году, мистер Фарнезе[63] излагает многие тайны, сообщенные ему духом, касаясь среди прочего и фейри. Его слова не только полностью согласуются с изложенными выше фактами, но открывают и большее. Говоря об элементалях, он замечает: «Иные из них напоминают своим видом гномов и эльфов, которые, как утверждается, живут в горных расселинах. Таковы и феи, встречающиеся в пустынных и уединенных местах. Некоторые из этих созданий относятся к низшим формам жизни, почти сравнимым с высшими отрядами растений, и отличаются от них лишь способностью двигаться. Другие жизнерадостны и любят забавные и невинные шалости… По мере того, как народы земли развиваются и духовно растут, эти низшие формы жизни вымирают и навсегда исчезают из астрального измерения земной сферы, так что последующие поколения начинают вначале сомневаться, а затем отрицать, что они когда-либо существовали». Это вполне правдоподобное объяснение исчезновения фавнов, дриад, наяд и других существ, так хорошо знакомых классическим авторам Греции и Рима.

Уместно задаться вопросом, как предания о фейри соотносятся с общим строением психической философии? Связь между ними непрочна и косвенна и состоит лишь в том, что любые факты, расширяющие наше понимание возможного и позволяющие выбраться из колеи привычного мышления, возвращают нам утраченную было гибкость ума и делают нас более восприимчивыми к новым учениям. Вопрос о фейри бесконечно мал и незначителен в сравнении с вопросом о нашей собственной судьбе и судьбах всего человечества. Свидетельства, которыми мы располагаем, впечатляют куда меньше психических откровений, хотя — надеюсь, мне удалось это доказать — пренебрегать ими также не стоит. Как бы то ни было, создания эти далеки от нас, и доказательство их существования в действительности немногим важнее открытия неизвестных животных и растений. Вековечные тайны «лилии, что цветет уединенно»[64] и расточительства природы, столь щедро рассыпающей благодеяния, которыми человек не может воспользоваться, несомненно будут раскрыты, как только мы осознаем, что рядом обитают иные виды жизни, разделяющие с нами единую землю и земные дары. По меньшей мере, эта любопытная мысль придаст дополнительное очарование молчанию лесов и первобытной глуши вересковых пустошей.

На основании предыдущей главы мы можем с уверенностью сделать вывод, что и до появления фотографий фей существование этих крошечных созданий подтверждалось множеством свидетельств, оспорить которые будет не так-то просто. Очевидцы событий ровно ничего не выигрывали, рассказывая о подобных происшествиях; свидетельства их не запятнаны какими-либо корыстными мотивами. То же касается новых сведений о встречах с фейри, которые я получил после публикации моей статьи в журнале «Стрэнд». Один или два рассказа оказались на поверку более или менее остроумными мистификациями, а из числа остальных я отобрал ряд случаев, представляющихся вполне достоверными.

Джентльмен, которого я выше называл мистером Ланкастером, тот самый, кто так сомневался в подлинности снимков, является духовидцем. Он говорит следующее:

«Лично я описал бы фейри как существ ростом от 2 футов 6 дюймов до 3 футов, одетых в наряды из коричневой шерсти. Это обезьяны спиритического мира — таково самое близкое определение, что я могу найти. Они обладают активным мозгом обезьян и инстинктивно сторонятся людей, хотя многие из них способны невероятно привязываться к людям или отдельному человеку. В любой момент такое существо может вас укусить, точно обезьяна, и немедленно ощутить раскаяние. Их коллективный опыт, который при желании можно назвать „наследственной памятью“, насчитывает тысячи лет, но они лишены способностей к логическому мышлению. Они напоминают Питера Пэна[65] — это дети, что никогда не станут взрослыми.

Помнится, я однажды спросил у одного из членов нашего спиритического кружка, известно ли ему средство познакомиться с брауни. Он отвечал, что для этого нужно отправиться в лес: если удастся подманить коричневых кроликов, другие коричневые создания, а именно брауни, появятся вместе с ними. В общем и целом мне кажется, что любой, кому доводилось встречаться с феями, непременно следовал духовной заповеди „Будьте как дети“[66] — иначе говоря, он или она должен был представлять собой либо тип простеца, либо Будду».