Читаем Приручить дракона (СИ) полностью

А пока эту даму искали, вокруг раненого гнома засуетились врачеватели, закинули подгорника в каталку, обложили амулетами и артефактами и уже было хотели вводить в стазис, как в коридоре раздался зычный голос:

– Рохт! Я тебя, конечно, в разном виде повидала: и с рваными ранами, и с колотыми, и с огнестрелами штопать доводилось, но чтобы в таком… – И она, ухмыльнувшись, прошлась по почти обнаженной (стратегический пиджак не в счет!) фигуре дракона. – С чем на этот раз? Перелом? С виду ты вроде целый… Даже удивительно.

– Не с чем, а с кем, – ответил дракон и, кивком указав на каталку с гномом, пояснил: – С ним. И да, я тоже рад тебя видеть, Нора.

– А я тебя не очень, – фыркнула дородная гоблинша и посмотрела на каталку с раненым. Тут же ее лицо переменилось, став сосредоточенным и серьезным. – Когда его ранили? Что давали? Какие заклинания накладывали?

– Второе дыхание. Дали около сорока минут назад. Около пятидесяти миллилитров, – отрапортовала я, и гоблинша посмотрела на меня внимательно, словно просвечивая своим взглядом не только сквозь одежду, но и кожу, мышцы… до самого мозга костей. Она открыла рот, видимо, чтобы что-то еще спросить, но Рохт ее опередил своей фразой.

– Мне нужно, чтобы он смог ответить на вопросы. Вколи ему что-нибудь, – произнес дракон, и от этих слов целительница скривилась.

– Ну вот, как всегда. Не успел появиться, как командуешь. Посмотрю я на твоего полудохлика и сделаю, что смогу. Пока ждите.

Отдав этот приказ, Нора ушла. Хотя правильнее было бы сказать – уплыла. Отчалила, как дирижабль от пирса. Плавно и величественно.

– Она лучшая в этой целительской, – глядя вслед гоблинше, пояснил Рохт.

– И ты хорошо ее знаешь, – заметила я, приподняв бровь.

– Ревнуешь? – усмехнулся дракон.

– А надо? – уточнила я. – Если для нашего дела это обязательно, то могу.

Я отшутилась. Да, вышло корявенько, но я старалась изо всех сил не скатиться в панику, уныние и отчаяние. Потому боролась с этим как могла.

– Для нашего дела – не уверен. Но для моего тела – не мешало бы разжиться одеждой.

Я скептически глянула на дракона.

– Что? – насторожился он.

– Что – что? – я сделала вид, что не понимаю ящерюгу.

– Ты смотришь на меня так, словно мерку на гроб снимаешь, – пояснил Рохт.

– Почему сразу на гроб? – возмутилась я. – Всего лишь на саван. – И взглядом указала на окно. Там через дорогу было как раз похоронное бюро. О чем и свидетельствовала вывеска, которая гласила: «Мастерская погребальных дел». А чуть ниже помельче выведен слоган: «В новом саване – в новую жизнь!»

Рохт всем своим видом дал понять, что его и старая, вообще-то, устраивает. Лучше уже в неглиже на этом свете, чем одетым, но на том.

– У меня нет денег, – привел последний аргумент дракон.

– Это не самая большая из проблем, – возразила я. – К тому же у меня есть план.

То, что он называется «действуем по обстоятельствам», я пояснить не стала. Но ящерюга, будто что-то почувствовав, подозрительно посмотрел на меня, пробуравил взглядом и… согласился с моим вариантом.

– Ладно, хорошо, пошли за одеждой.

Бюро, как выяснилось, торговало не только классическими саванами, но и пиджаками, фраками, белыми мужскими сорочками – одним словом, тем, в чем не стыдно не только помереть, но и на званый вечер заглянуть. Так что, глядя на манекены, я подумала, что если гном все же расскажет, где найти похитителей, то Рохт явится к ним в образе очень нарядной смерти.

Дракон перемерил несколько костюмов, прежде чем нашел тот, который его устроил. Я же за это время на своей шкуре почувствовала себя давно и прочно женатым супругом, который ждет свою благоверную из примерочной.

Да я от скуки даже заглянула в кассу и пересчитала там все. Дважды. Велик был соблазн умыкнуть пару купюр и расплатиться, но потом я вспомнила, что в карман пиджака помимо зелий и набора отмычек положила и то, что отпирает не замки, но двери и языки. А еще отлично прояснит память – деньги.

Так что, когда дракон наконец определился, я просто-напросто достала из кармана почти сухого пиджака требуемую сумму.

Владелец бюро подозрительно посмотрел на купюры, понюхал их и произнёс:

– Как-то они у вас подозрительно пахнут.

– Деньги не пахнут, – возразила я. – И чтоб вы знали, я их честно отмывала!

– В банке? – растерявшись, спросил продавец.

– В реке! – рявкнула я, теряя терпение. – Так что их берите, а его, – кивок на Рохта, – заверните. И я пошла, пока вы тут не легли уснуть. Навечно.

Слова, которые вовсе не были заклинанием, обрели вдруг магическую силу. Во всяком случае, владелец бюро перестал возить нос по купюрам, засуетился, и уже через несколько минут мы вышли из магазина.

– Да уж… – протянул Рохт. – Я сейчас одет, а чувствую себя хуже, чем голым. – И дракон недовольно передернул плечами.

– Ты, главное, больше не оборачивайся. А то снова будешь щеголять голышом, а на второй комплект у меня, боюсь, денег не хватит.

– Я расплачусь, – выдохнул дракон, и тут-то я, кажется, поняла, почему дракону такой мрачный.

– Только не говори, что тебе никогда девушка не покупала одежду, – усмехнулась я.