Читаем Принцесса-попаданка полностью

Фредерика сидела на зеленом холме и крутила в руках маленькую ромашку. Вокруг нее валялись оторванные белые лепестки. Под глазами расплылись синяки, губы были искусаны, тело испещрено царапинами, грязная тога висела мешком.

Монах бросился к ней и заключил в объятья. Удивленная этим порывом, девушка обняла его в ответ, не выпуская ромашку из рук. Он обнимал ее крепко, но нежно. Сильные руки блуждали по раненному телу, мяли голубую ткань.

– В чем дело? – улыбнулась принцесса, и монах со всей присущей ему серьезностью заглянул в усталые глаза.

– Ты медитируешь уже две недели. Тело в коме, а душа истощена до предела. Нельзя так долго находиться в своем сознании.

Глубоко вздохнув, девушка высвободилась из мужских объятий, встала, взяла монаха под руку и на нетвердых ногах подошла к обрыву. Посмотрела вниз, потом на Михаэля, потом снова вниз и пожала плечами.

– Ты боишься прыгать?

Взгляд Фредерики стал страдальческим.

– Я знаю это испытание, – погладил ее по плечу Михаэль. – Доверься мне и прыгай.

– Зачем?

Мужчина взял ее за руку и крепко сжал холодные пальцы.

– Ты можешь просто довериться мне?

Фредерика заглянула в его теплые карие глаза, поймала ласковую улыбку и кивнула. Раньше у нее никогда не было друзей, и Пересмешник с Михаэлем стали ее единственной опорой. Каково это – иметь друзей? Глядя в светлое лицо монаха, она знала, что может довериться ему и открыться. Даже к матери она не была так близка, как к этим двоим.

– Это испытание на доверие? – догадалась она. – Ведь раньше я ни с кем еще не была…

Монах не дал ей договорить, а просто накрыл ее губы поцелуем. Легким, нежным и чувственным. Не ожидая такого развития событий, она отстранилась и бойко посмотрела ему в глаза.

– Держи меня крепче, – улыбнулась она и уже психологически подготовилась к этому прыжку веры, занесла ногу над пропастью…

– Я все видел и слышал, – раздался голос позади.

Парочка обернулась. Пересмешник стоял на цветочном холме, поставив руки в боки и глядя исподлобья то на одного, то на другую.

– Целуетесь тут, значит, обнимаетесь, – причитал он, – а мне когда перепадет?

– Пересмешник! – взвизгнула Фредерика и, выпустив руку монаха, кинулась к юному старейшине.

Он хотел было отскочить в сторону, но не успел. Девушка повисла у него на шее и, чего он точно не ожидал, поцеловала. Такая детская невинная шалость, а он застыл с выпученными глазами, да так и стоял, пока Михаэль не потряс его за плечи.

– Так ты с нами на прыжок веры? – ехидно поинтересовался монах у пришедшего в чувства парня.

– Чего-чего прыжок?

– Прыгать со скалы будешь?

Брови Пересмешника медленно поползли вверх. Решив, что наглядность лучше образности, Михаэль подвел златоокого к краю обрыва. Тот скептически посмотрел вниз.

– Это одно из испытаний Фредерики, – пояснил мужчина. – Она должна довериться мне и прыгнуть.

– Довериться тебе? – прошипел Пересмешник. – А почему не мне?

– Я доверяю вам обоим! – воскликнула девушка, вклинилась между ними и взяла за руки. – Вы мои первые и единственные друзья, – чуть тише добавила она. – И пусть это испытание мы преодолеем вместе.

Не дождавшись ответа, она сиганула вниз, утянув за собой жертв испытания: улыбающегося монаха и орущего старейшину.

Глава 5

Злость, как и похоть,

в приступе своем не знает стыда.

Джордж Галифакс

Фредерика с Михаэлем лучезарно улыбались, в то время как Пересмешник стал седее на пару волосков. Девушка сгребла обоих в охапку, уткнулась в плечо монаха и засмеялась. Все испытания были преодолены. Она снова находилась в светлом зале с колоннами, а на душе было легко и спокойно. Мастера девушка не замечала до тех пор, пока тот не подал голос:

– С возвращением, дитя мое. Ты поняла что-нибудь из своего путешествия?

Принцесса с вызовом посмотрела на него.

– Я поняла то, что бессмысленный страх – это глупость. Иногда даже то, чего ты боишься, может спасти твою жизнь. Опасностей не надо остерегаться – надо встречать их лицом к лицу. И дурное прошлое никогда не забыть – надо уметь жить с ним. А еще я поняла, что близкие люди – моя опора и поддержка. – Она перевела взгляд на Михаэля и Пересмешника, те ответили ей улыбкой. – Раньше у меня никогда не было того, на кого я могла бы положиться, но теперь их целых двое!

– Очень хорошо. – Старец поднялся с мраморного пола. – Вы с Михаэлем можете идти. Он покажет тебе монастырь. Надеюсь, скучно не будет. А тебя, старейшина, я попрошу остаться.

– Почему? – озадачили принцессу.

– Он попал в этот зал без моего разрешения и без моего разрешения помешал твоей медитации.

– Но он не помешал. – Девушка вцепилась в рукав Пересмешника как утопающий за соломинку. – Он помог мне преодолеть последнее испытание. Пожалуйста, Мастер, разрешите ему отправиться с нами.

Круглые голубые глазенки прожигали старца насквозь.

– Ладно, ладно, – сдался он. – Можете идти. Но утром, старейшина, я жду тебя у себя. Нам все равно есть о чем поговорить.

Парень кивнул, и троица бодрым шагом покинула помещение.