Читаем Принцесса-попаданка полностью

Голос юного старейшины дрожал от гнева. Монах уловил его настроение и улыбнулся еще шире и лукавее.

– Вы делаете обход по королевству с целью ознакомить принцессу со всеми городами, народами и сословиями. Монастырь – важная составляющая со своими законами, культурой и правилами. Да и мы недалеко от него. Почему бы вам не начать свой обход с нас?

– Потому что есть много других более значимых мест, – не уступал парень.

– Чем тебе досадили монахи? И зачем ты наврал Фредерике о нашем нынешнем положении дел?

Искорки смеха в глазах Михаэля превратились в сталь. Тигровые глаза Пересмешника метали гром и молнии. Эти двое смотрели сейчас друг на друга так, будто хотели сожрать собеседника. Целиком. С костями.

– За какие заслуги тебя взяли в старейшины? Пересмешник значит? – усмехнулся монах, наконец-то распознав личность человека перед собой. – И как тебе могли доверить девочку?

– Десять лет – немалый срок, – спокойно ответил ему парень.

– Сколько бы времени не прошло – убийство есть убийство.

– У меня крепкие ментальные щиты.

– Я не ломал твои щиты. Я вижу все по глазам.

Пауза. Монах наслаждался своей догадкой, Пересмешник раздумывал, что со всем этим делать. Устранить дикаря сразу? Дракон утробно зарычал. Конечно, эта громадина пробивает ментальные щиты любой силы. К такому юного старейшину жизнь не готовила. Ему просто пришлось сдаться.

– Куда мы денем лошадей? – только и сказал он.

– Перенесешь левитацией на Шанеля, я усыплю.

Парень уже сделал несколько магических пассов руками, когда до него донесся холодный голос монаха:

– На твоих руках кровь моих родителей.

Глава 4

Если ты не находишь спокойствие в себе самой,

бесполезно искать его где-либо еще.

Мадам Гибер

Принцесса уже давно спала, свернувшись клубочком у бортика. Рыжие волны ее волос расплескались по кожаному седлу дракона, густые ресницы трепетали во сне. Она напоминала котенка. Маленького и беззащитного. Это понимали и Михаэль, и Пересмешник и защищали ее от самих себя. Точнее, друг от друга. Сна у них не было ни в одном глазу. Они кидали друг на друга плотоядные взгляды, но заговорить не пытались. А о чем разговаривать давним врагам? О том, как сильно они ненавидят друг друга? Это вовсе не тема для разговора.

Девушка поежилась. Пересмешник хотел подойти к ней, лечь рядом и согреть, но монах взглядом дал понять, что и куртка даст ей достаточно тепла. Оную юный старейшина и снял с себя, накинув на девичьи плечики. С фонариками черной рубашки тут же принялся играть холодный ветер.

– Как тебе могли доверить ее? – в очередной раз спросил Михаэль.

Пересмешник сел на свое место у бортика напротив девушки. Монах сидел у вожжей.

– Я не обязан отвечать на твои вопросы, – бросил ему юный старейшина.

– Хочешь немного свободы, чтобы сотворить очередную пакость? Можешь не юлить – со мной не пройдет. Тебя держали у старейшин как в своеобразной клетке и принцесса – твой последний шанс осуществить задуманное, я прав?

– Местами, – ответил златоокий. – Но все это на благо королевства.

– А ты не думаешь, – монах бросил быстрый взгляд на спящую Фредерику, – что обидишь ее этим? Она-то думает, что ты по доброте душевной, а у тебя, оказывается, свои цели…

– Она не узнает. К тому же, я попутно учу ее. Придраться не к чему.

– Я придираюсь.

– Мне плевать на твое мнение.

– А на мнение храма и старейшин тебе тоже плевать? Ты играешь в опасную игру, – сверкнул глазами Михаэль.

– Тебя это никаким боком не касается, – повысил голос Пересмешник.

Дальнейшие распри прекратились. Монах повел плечами, мол как знаешь, и улегся, облокотившись на бортик и выпрямив ноги.

Но юному старейшине было не до сна. Он никогда не надеялся забыть свое кровавое прошлое. Он знал, что страшные бойни будут сниться ему в кошмарах еще очень долго, и кровь от этих снов будет стыть в его жилах десятилетиями. Монах был прав. Для него Дом старейшин стал клеткой, и Сокол уже третий день должен был отчитывать королеву Викторию за излишнюю доверчивость его персоне.

Но дело нужно закончить так или иначе. Пересмешник сжал кулаки. Принцесса получит то, что ей нужно. А он то, что нужно ему.

Фредерика проснулась на рассвете. Дракон приветственно мурлыкнул. Странно. До этого она и не знала, что драконы могут мурлыкать.

– И тебе привет, Шанель, – улыбнулась девушка и потянулась и скинула с плеч куртку Пересмешника.

Посмотрела на спящих парней, лошадей и хмыкнула. Вот лежебоки!

Мимо пролетела стайка маленьких птичек, коричневых с белой грудкой. Красивые. Фредерика наблюдала за их витиеватым полетом, облокотившись на бортик седла, пока громадина не открыла пасть и не схватила одну птичку прямо в полете. Сжевала, рыгнула, полетела дальше. Девушка удивленно вскинула брови. Вот это профессиональный охотник, ничего не скажешь. А птичку жалко.

Принцесса посмотрела вниз. Помимо фрагмента золотистого чешуйчатого бока она увидела сверкающее в ленивых солнечных лучах озеро с кристально-чистой водой. Оно было окружено невысокими кустиками и так заманчиво выглядело, что Фредерика просто не могла удержаться.

– Шанель, может, приземлишься? – предложила она дракону.