– В разговорах с солдатами избегайте этой темы. – Он потянулся к одной из своих книг, массивной и истрепанной.

– Конечно. Но ведь там, наверное, был не весь легион?

– Почти половина. Слухи всегда преувеличивают. Все равно не слишком хорошо. А проиграть гоблинам драку… – Он раскрыл книгу, но Инос успела заметить, что он ухмыляется. – Ничего удивительного, что солдатня не приветствует эти разговоры.

У Инос закружилась голова. Четыре когорты разбиты гоблинами? Лесной народ всегда был вероломным, но не воинственным. Значит, колдун Востока потерпел сокрушительное поражение. Как это отразится на ней самой? Будет ли колдун Востока мстить гоблинам? А может, это Калкор со своими джотуннами выгнал легионеров из Краснегара? Или они сами разбежались?

Имелся еще и другой вопрос:

– Я и вправду отправляюсь в Хаб?

Старик кивнул, окуная перо в серебряную чернильницу.

– Ее величество так решила.

– Ах так! Значит, меня уже продали? С Олибино она уже договорилась, осталось только доставить товар?

– Ничего подобного. Вы по-прежнему гостья ее величества. Наслаждайтесь нашей прекрасной Алакарной. Его глаза! Как хотелось бы взглянуть ему в глаза!

– Я не могу себе представить, зачем ей посылать меня в Хаб?

– Я не спрашивал. Если уж вы сами этого не понимаете, то другим-то и подавно не понять! – Старик повысил голос на полтона, но палец его продолжал медленно скользить по странице, как будто он что-то подсчитывал в уме.

– Вы хотите сказать, что сначала меня спрятали в пустыне, а теперь собираются спрятать по дороге в Хаб… где меня точно никто не подумает искать? А когда договор наконец подпишут, меня…

– Не увлекайтесь собственными выводами. Кроме того, у меня много работы.

– А Азак? Его отправят в Араккаран, или со мной в Хаб, или вы оставите его гнить в темнице?

– Он идет с вами. – Пухлый палец остановился, но старик так и не взглянул на нее. – Для вас зарезервированы каюты на «Жемчужине зари», она отплывает через три дня. Вы ведь рвались в Хаб? Вот туда и отправляйтесь.

– Я хочу увидеть Азака!

– Конечно. Во что бы то ни стало. Просто повидать своего друга, я полагаю? Скараш проводит вас. – Элкарас порылся в недрах своего алого одеяния и бросил на стол ржавый ключ. – Можете отдать ему.

– Без честного слова?

Он бросил на нее сердитый взгляд.

– Совершенно верно. Лучшего корабля, чем «Жемчужина зари», вам не найти, и он отходит раньше всех других. Прощайте!

В недоумении Инос смотрела, как Скараш взял ключ и опустил его в карман. Мучимая подозрениями, она пошла к лесенке. Скараш сопровождал ее. Тут же за советом к купцу ринулась очередь служителей и менял, с нетерпением ожидавших их ухода. А Инос оставалось только обдумывать свою судьбу. С какой стати Раша отсылает ее в Хаб? Еще непонятнее, почему она отправляет Азака. Все это, наверное, сплошной обман.

По крайней мере, к ней приставят вооруженную охрану, что, конечно, не облегчит побег. Мог ли Элкарас специально подстроить сцену с рассерженным центурионом?

В этом Имопони было что-то странное, что-то очень странное. Даже думать о нем было как-то гадко. Необходимо поговорить с Азаком. Ему, по крайней мере, можно доверять.

2

– Странные эти эльфы, – сказал Ишист. Его голос эхом прокатился и замер в темном тоннеле впереди.

В этом замечании было что-то зловещее. А может быть, Рэпу только показалось, потому что этот поход вслед за волшебником по земным недрам довел его до предела.

– Они долго живут? – Ничего умнее Рэп не смог придумать.

– На самом деле нет. Просто они в отличие от других народов не показывают свой возраст.

Снова наступила напряженная тишина, нарушаемая только мягким звуком шагов да шелестом длинных накидок.

Только волшебство могло создать такой гладкий и правильно-круглый тоннель, да еще такой длинный.

– Нора Трэйна, – провозгласил гном и хихикнул себе под нос, наверное вспомнив какой-нибудь известный исторический курьез. Тоннель шел немного под уклон, не круто, уклон почти не ощущался. Там было сухо, темно и пусто и пахло пылью. Заметно было, что этой дорогой не пользовались много десятилетий.

– Странный народ, – повторил гном.

Он уверенно шел в темноте, ведя за собой Рэпа. Призрачное свечение их следов указывало путь Гатмору и Дараду, которые старались не слишком отставать. За джотуннами стелился непроглядный мрак. Следы светились розовым.

Ишист отослал Сагорна. Гном предпочел всем остальным Дарада, может быть, из-за того, что тот не строил воздушных замков. Дарад был просто грубым убийцей и гордился этим.

– В каком смысле странный? – спросил Рэп.

– Во всех смыслах. Они станут рассказывать тебе, что каждый эльф принадлежит какому-нибудь клану и всем сердцем предан ему. Каждый клан владеет деревом, или, может быть, дерево владеет кланом. У каждого клана имеется вождь. Вроде звучит все просто?

– Не очень. Речь идет о Небесных деревьях?

Голос Рэпа был громче, чем у гнома, и оттого громче гудело эхо. Ясновидение уже не достигало поверхности земли. Над их головами, похоже, нависла вся толща горы.