Рэп почувствовал небольшое облегчение. Инос слишком практична, чтобы выкинуть подобный номер. Она не умрет от разрыва сердца ни ради своего друга детства, ни ради всех бардов Илрейна.

– Но она умрет на троне или как?

Куиприан покачал головой. Эмоции снова захлестнули его, и он опять полез обниматься, и на этот раз Рэпу ничего не оставалось, как покориться. Он задумчиво хлопал паренька по спине, пока тот всхлипывал, уткнувшись носом Рэпу в плечо. Эльф сначала выплакался, и только потом вымолвил то, что хотел:

– Это самое печальное во всей истории!

– Неужели? Почему же?

– Потому что… потому что все это бесполезно, разумеется! Потому что Литриан не может… не может помочь Инос! Рэп схватил эльфа за руки и поставил прямо.

– Как это «не может»? Ведь он чародей! Кивки, всхлипы, вздохи…

– Да. Но она в Зарке. Это на востоке! А Литриан – Хранитель Юга. Он не вправе вмешиваться!

– Он может представлять ее интересы на суде Четверки!

– Ох, Рэп, Рэп! Даже эльфы не начнут такую войну из-за одной девушки. Понимаешь ли, внутренние войны между кланами… это случается постоянно. Но вся Пандемия… Чародеи, драконы и все такое прочее… Нет, нет, нет!..

– Откуда ты знаешь? – прорычал Рэп, подавляя желание встряхнуть его.

– Ох, я убежден в этом! Илрейн – это юг. Литриан уже семьдесят лет как Хранитель. Для нас, эльфов, он хороший Хранитель – он не пускает сюда драконов. Королевство Инос находится на севере. И джотунны тоже. Легионы принадлежат Хранителю Востока, и там же находится сама Инос. Южный ни за что не станет вмешиваться, Рэп! Так же как и Западный. Ведь это очевидно!

– Ишист не говорил мне этого.

– Но ведь ты сказал, что он всего лишь гном, – взвыл Куиприан. – Сам знаешь, какие они лживые, эти гномы.

А что, если чувство юмора у Ишиста было еще более извращенным, чем предполагал Рэп?

– Нельзя доверять гному, Рэп! – Эльф с ужасом смотрел на своего друга. – Неужели ты и вправду думал, что Литриан оставит тебя в живых? После всего этого? Неужели ты думаешь перехитрить чародея? И, по-твоему, Хранитель позволит тебе это сделать?

Хранитель Юга может быть безжалостным, говорил Ишист. Многие ли знают, что он выдал свою непокорную дочь замуж за гнома? Если эта тайна так ревностно охраняется, чего стоит жизнь Рэпа?

– Нет, Рэп, – сказал эльф решительно, расправляя узкие плечи. – Твоя история чудесна, восхитительна, и люди будут рыдать над ней сотни и тысячи… – Он внезапно замолчал и с ужасом уставился на надутые паруса.

«Аллена» уже достигла выхода из гавани. Она покачивалась от нетерпения и набирала скорость, предвкушая долгий и упоительный танец на волнах простирающегося перед ней безбрежного океана. По-видимому, Куиприан только теперь осознал, что они уже покинули порт. Он окинул взглядом сверкающее голубое море, раскинувшееся вокруг корабля, разбивающиеся о мол волны и клочья белой пены и сумеречную мглу, сгущающуюся над далекими башнями Нума.

На глазах изумленного Рэпа эльф преобразился– его лицо из золотого стало свинцовым, а потом в точности воспроизвело тот жизнерадостный зеленый оттенок, который имеет окислившаяся медь. Он судорожно повернулся, наполовину перевалился через поручень и изверг все, что съел в течение последних пяти часов.

Часть одиннадцатая

Один причал обоих ждал

1

Рэп вызвался проводить Куиприана до каюты и в итоге волок его на себе большую часть пути. Рэп устроил бедолагу поудобнее – насколько это возможно сделать с человеком, убежденным, что он сейчас умрет, и чем скорее, тем лучше. А потом Рэп отправился на поиски Андора.

«Аллену» теперь довольно сильно качало; она медленно переваливалась с носа на корму, совсем не похоже на обычную качку на галере или боевом корабле джотуннов. На вершине волны каждый раз возникало необычное, захватывающее чувство полета. К этому примешивалась и ощутимая бортовая качка. Так как ветер усиливался, матросы начали убавлять паруса.

Двигаясь по коридору, Рэп заметил, что все эльфы на корабле находятся в том же состоянии, что и Куиприан. Манера эльфов делать все одинаково, очевидно, распространялась и на морскую болезнь. Впрочем, пассажиры-импы тоже начинали скисать.

Обнаружив Сагорна, который читал, растянувшись на койке, Рэп постучал в дверь, назвал его по имени и был приглашен в каюту.