Читаем Принцесса или ведьма полностью

Но у Софи было достаточно времени, чтобы сшить ансамбль из атласного джемпера с монашеской намёткой, блестящее платье с узором из раковин, да ещё и подбирать туфли к каждому образу. Достаточно времени, чтобы победить Эстер на конкурсе «Изуродуй бальный зал», написать доклад на тему «Волки против волколаков» и подготовить лекции на тему «Порочный успех», «Уродство – новая красота» и «Готовим тело для греха». У неё было достаточно времени, чтобы стать модельершей и моделью, нарушительницей спокойствия и революционеркой – и при этом всё равно обойти Анадиль и выбраться на второе место в рейтинге.

На этот раз Беатрис уже не могла помешать Тедросу влюбиться в Софи. Но Тедрос отчаянно пытался остановить себя.

Она же никогдашница! И что, что она красивая? И умная? И творческая, добрая, щедрая, и…

Тедрос глубоко вздохнул.

Всегдашникам не могут нравиться никогдашники. Ты просто запутался.

Он ощутил немалое облегчение, когда Юба устроил ещё одно испытание «Отличи Добро от Зла». На этот раз гном превратил всех девочек в синие тыквы и спрятал их на большом тыквенном поле.

«Просто найди всегдашницу, – укоризненно сказал себе Тедрос. – Найди всегдашницу и забудь о Софи».

– Вот эта – всегдашница! – крикнул Хорт и ткнул пальцем в синюю тыкву.

Ничего не произошло. Остальные мальчики тоже не могли отличить даже настоящую тыкву от ненастоящей, так что начали обсуждать достоинства каждой из них.

– Это не групповое задание! – загремел Юба.

Держась за синий стебелёк Софи-тыквы, Агата-таракан смотрела, как мальчики разошлись по сторонам. Тедрос направился к Бирюзовой роще, а потом остановился и повернулся к тыкве Софи.

– Он идёт, – сказала Агата.

– Откуда ты знаешь? – шепнула Софи.

– Потому что он посмотрел на меня.

Тедрос подошёл к тыкве.

– Вот. Вот эта тыква – всегдашница.

Юба нахмурился.

– Посмотри внимательнее…

Тедрос пропустил его слова мимо ушей, коснулся синей кожуры, во все стороны полетели блёстки, и тыква превратилась в Софи. Над головой принца в отвратительной зелёной дымке появилось число 16, а над Софи – чёрная единица.

– Только самое лучшее Зло умеет притворяться Добром, – похвалил Юба и, взмахнув посохом, стёр красную букву «П» с платья Софи.

– А что касается тебя, сын Артура, советую тебе хорошенько изучить правила. Надеюсь, ты не совершишь такой же ужасной ошибки, когда это будет важно.

Тедрос попытался изобразить стыд.

– Мы не можем никого найти! – крикнул кто-то.

Юба повернулся и увидел, что у всех мальчиков над головами клубятся плохие оценки.

– Надо было отметки поставить, – вздохнул он и стал тыкать в тыквы посохом, проверяя, не пискнут ли они.

Гном ушёл, и Тедрос позволил себе улыбнуться. Как он мог сказать учителю, что ему плевать на правила? Правила, которые дважды привели его к той ужасной Агате? Он впервые нашел девочку своей мечты. Девочку, которая не была ошибкой.

– Ты должен мне один вопрос, сын Артура.

Тедрос повернулся и увидел Софи, она тоже улыбалась. Проследив за её взглядом, он увидел рейтинговый список школы Зла; Албемарль только что прикрепил на первое место табличку с её именем.

На следующий день во время обеда Софи нашла записку.

Синий ручей, в полночь. Т.»

– Что это означает? – шепнула она таракану, сидящему у неё на ладони.

– Это означает, что сегодня мы вернёмся домой! – восторженно воскликнула Агата и так энергично стала шевелить усиками, что Софи сбросила её.

Таракан нетерпеливо разгуливал по плесневелой мешковине гостиной башни Коварства, не сводя глаз с часов. Полночь приближалась. Наконец дверь открылась, и вошла Софи в соблазнительном чёрном платье-футляре, подчёркнутом длинными чёрными перчатками, причёской-ульем, ожерельем из изящных жемчужин и чёрными очками. У Агаты чуть панцирь не лопнул.

– Во-первых, я сказала тебе приходить вовремя. Во-вторых, я сказала «Не наряжаться»…

– Посмотри на эти очки. Разве не шикарные? Защищают глаза от солнца. Знаешь, девчонки-всегдашницы мне теперь всякое такое таскают: жемчужины, камни, средства для макияжа. Сначала я думала, что это просто добрые дела, а потом поняла – нет, им просто нравится видеть свои вещички на ком-то более модном и обаятельном. Только это всё такая дешёвка. У меня даже сыпь началась.

Агата закрутила кверху усики.

– Просто… просто запри дверь!

Софи задвинула засов, потом услышала грохот и, развернувшись, увидела залитое краской лицо Агаты, прятавшей бледное тело за мешковатой занавеской.

– М-м-м… должно быть, я не рассчитала время… – пролепетала Агата.

Софи смерила её взглядом.

– Как таракан ты мне больше нравишься.