Читаем Принцесса и арбалет полностью

«То есть ты убиваешь моего брата и Арбалетчика, я – титана и зыкруда, а потом выясняем отношения между собой?»

– Да! Твари, я уничтожу вас всех, а ты, Валайбойфр, должен быть мне благодарен, что перед твоей смертью я подарю тебе возможность насладиться созерцанием гибели врагов!

«Я бы никогда не согласился с твоим предложением, но сейчас это твоя последняя воля. Я уважаю твое право перед развоплощением уничтожить своих врагов, это последняя воля творца, и я дарю тебе право убить моего брата-предателя и арбалетчика Михаила!»

– Я рад, что мы достигли согласия! В каком порядке мы их будем убивать? Я думаю, стоит начать с Арбалетчика!

«Я не могу согласиться! Думаю, стоит начать с титана, он опаснее»…

Высшие силы, а ведут себя – как дети! Даже не как дети, как картонные персонажи из малобюджетного боевика про злодеев, решивших уничтожить мир, и обсуждающих, кому из них на какие красные кнопки нажимать. И все бы было хорошо, если бы не было так плохо – я действительно не мог представить себе способ их остановить, при этом не подарив победу Ноху. Дело в том, что предложенный «Вершителем» вариант действительно давал телу уцелеть, однако моей душе на момент взрыва нужно было его покинуть, другого выхода не было. Вроде бы ничего страшного, не в первый раз, да вот только что-то мне подсказывало, что вернуться назад я могу и не успеть. Такой эксперт, как Нох, может спокойно меня опередить, первым захватив это здоровое рыжебородое тело.

За те минуты, пока враги решали, в каком порядке нас убивать, я успел обдумать кучу вариантов. От самых простых до самых извращенных, все они заканчивались одним – Нох побеждал, мы все умирали, мир получал нового бога. Когда-то «великая предсказательница» Марьяна обещала мне выбор между моей жизнью и жизнью всего этого мира, пока я даже такого выхода перед собой не видел!

«Он есть!» – раздался у меня в голове голос Ноха, – «Ты все правильно понял, действительно, единственный известный мне способ уничтожить обе высшие силы – стереть их волной рефлексии от изменения реальности. Я давно разрабатывал эту теорию, поверь, иначе их не победить. Если же ты сделаешь то, что должен – я гарантирую, что как только получу власть над миром, верну тебе твое тело и открою настоящий портал домой! У тебя просто нет другого выхода. Ты подумай сам, новым богом станет один из тех, кто сейчас заперт в этом вневременном пространстве. Ты готов подарить этот пост дьяволу? Мечтающему превратить мир в огромный филиал ада? Или сошедшему с ума творцу, который создаст новый мир марионеток, существ без свободы воли и права выбора, и будет вечно их истязать? Или мне тому, кто познал мир по обе стороны смерти, кто был безумен, но излечился? Я совершил в жизни немало грехов, но они все в прошлом, и новый мир, что я построю, будет чистым и справедливым. Я не буду уничтожать живых, с твоими друзьями ничего не случиться, ты же вернешься домой, как давно об этом сам мечтал! Подумай об этом. У тебя все равно нет другого выхода».

Бедный, бедный Нох! Столько тысячелетий прожить, а так бездарно проводить агитацию! Нет, ему до наших, земных, политтехнологов далеко. На слово «гарантирую» у меня уже выработался стойкий иммунитет, «утром деньги, вечером стулья», если Нох станет богом, то у него уже не будет никакого смысла меня отправлять домой. А уж про свое отношения к строителям «мира чистоты и справедливости», у которых есть такое хобби, убивать недовольных миллионами, я и говорить не буду.

Однако другого выхода все равно не было. Меня загнали в ловушку, и я сделал единственное, что оставалось. Как я тогда говорил титану, тому, настоящему… «И ты, конечно же, знаешь ту силу, которая довольна этим миром? Которая не станет его менять под себя, которой не нужны власть над людьми и которая будет настолько добра и благодарна мне, что вернет меня домой?» Что же, кажется, я знаю, кому место на этом небесном троне.

– Эй, Алвит! Подойди на секундочку сюда.

– Да, Михаил!

– Держи! – я протянул дикарю Лимпа и Некрон, – Ребята, живите дружно, и вспоминайте меня иногда незлым тихим словом! А теперь беги, Алвит, беги!

Дикарь почувствовал по интонации моего приказа, что сейчас не время спорить или переспрашивать, а время бежать! Не стал утверждать, что он никогда не кинет «любимый Михаил», а бросился прочь с такой скоростью, развить которую могут только длинноногие зыкруды.

Реакция окружающих прогнозируемая – никто не понимал, что происходит. А пока до них доходило, что пьеса пошла куда-то не туда, актеры откланяются от сценария, зыкруд, сломя голову, мчится в сторону непроницаемой белесой стены, отделяющей эту часть реальности от остального мира, я активизировал «Вершитель».

«выполняю.»