«Ты же занимался танцами в младших классах?» – спросила я как ни в чем не бывало.

«Да», – тут же ответил Димка. Если он и удивился неожиданному вопросу, то никак не выказал своего удивления.

«Скажи, а с кем танцевала Алиса?..» – напечатала я и замерла.

За окном сквозь неплотно задвинутые занавески на меня смотрела темнота. Я знала, что сейчас там, на улице, идет злой, колючий снег. Такая же мгла и колючая злоба царили в моей душе. Не скажу, что мне было плохо. Мне было никак – словно меня засунули в холодильник и врубили режим полной заморозки. Еще немного – и я превращусь в замороженную курицу, похожую на тех, что продаются в магазине, отпугивая покупателя своим неестественно-синюшным цветом. Кстати, еще в одном мы похожи: у них нет головы, у меня, видимо, тоже, иначе как я могла быть слепой все это время?..

«Алиса, если не ошибаюсь, танцевала с Мишей Володиным, он учился с нами в первом классе, но недолго. В общем, он то ли уехал, то ли перевелся в другую школу, и Алиска стала танцевать с Лехой Беляевым, уведя его у какой-то другой девчонки», – наконец пришел ответ от Совицкого.

Ну все, вопросов не осталось. Все ставки сделаны, а карты сданы.

Алиска даже не наврала мне. Она сказала полуправду, что очень удобно – ведь запутаться во лжи легко, а чтобы убедительней врать, лучше всего не выдумывать, а использовать слегка искаженную и поданную под определенным соусом правду. Что же, придется признаться, моя подруга – отменный кулинар. Она кормила меня этой кашей на протяжении многих лет.

Но зачем? Зачем?..

«Жан, все в порядке? У тебя неприятности? Ты только скажи!» – поступило новое сообщение от Димки.

Тоже мне рыцарь, блин!

Я не ответила и вышла в оффлайн.

Было тихо. Только еле слышно, монотонно бормотал за стенкой телевизор.

Я приблизилась к окну и уставилась в темноту.

Я и темнота… Я и ночь – близнецы-сестры.

Обернувшись, я встретилась с отстраненным взглядом Гаспара Ульеля. Но мне вдруг показалось, что в его неподвижных глазах мелькнула то ли насмешка, то ли сожаление…

Глава 9,

из которой становится ясно, что фальшивыми бывают не только монеты, но и друзья

Алиска позвонила мне на следующий день.

Сначала, когда мама позвала меня к телефону, я не хотела брать трубку, а потом решила, что выяснять отношения все равно придется, так что лучше сделать как можно скорее, чтобы избежать непоняток.

В общем, я взяла трубку и ушла в свою комнату, плотно закрыв за собой дверь, чтобы родители не услышали чего-нибудь лишнего.

– Привет! – тон у Алисы был абсолютно такой же, как всегда, словно ничего не случилось.

«Ну да, – ехидно подумала я, – она же еще не знает о своем разоблачении!»

– И тебе того же! – ответила я с сарказмом в голосе.

– Что-то случилось? У тебя опять плохое настроение? – спросила бывшая подруга.

– У меня? Ну что ты! У меня оно просто великолепное! Знаешь, случилось чудо! Я просто прозрела! Помнишь историю про богатыря Илью Муромца, который лежал на печи тридцать лет и три года, а потом встал и пошел, да еще как!.. Вот и у меня так же!

Я говорила, чувствуя, что несу какой-то бред, но слова сами собой слетали с кончика моего языка.

– И в чем же ты прозрела? – поинтересовалась Алиса, то ли не понимая, то ли делая вид, будто не понимает меня.

– Да вот, – я делано вздохнула, – представь себе, была у меня подруга… То есть не так. На самом деле она вовсе не была мне подругой, только притворялась, а сама использовала меня для своих целей.

– Это для каких же?

Голос Алиски звучал сухо.

Что, поняла лисичка, чье мясо съела?..

– Она строила отношения с мальчиком, в которого была влюблена с первого класса и, очевидно, использовала меня то ли как ширму, то ли как наживку.

– Это неправда!

Она закричала это с таким праведным гневом, что, не будь у меня в руках всех доказательств, я бы, чего доброго, могла бы ей поверить.

– Ну, конечно, неправда! – усмехнулась я. – И она вовсе не танцевала с ним в школе танцев.

В трубке с минуту царило молчание.

– Жанна, ты обязательно, слышишь, обязательно должна меня выслушать! – Алиска говорила серьезно и вроде даже взволнованно.

– Разумеется, выслушаю. Почему нет? Мне очень любопытно, как вообще можно быть такой расчетливой тварью.

Я взяла диванную подушечку и уткнулась в нее лбом.

– Жан, послушай, я действительно танцевала какое-то время… около года… с Лешей Беляевым. Не знаю, кто тебе растрепал… Понимаешь, когда ты спросила меня про это, я в свете твоей заинтересованности Лешкой решила ничего не говорить. Ну, на всякий случай, чтобы ты не подумала чего… я же не знала, что выйдет только хуже. Но Лешка мне безразличен. Честное слово! Я не пыталась его завоевать! Не знаю, кто и что наплел тебе про это, но уверена, это сделали для того, чтобы нас поссорить! Или для того, чтобы сбить тебя с правильного следа!

Хорошо иметь маму-психолога. Ложь отскакивала у нее от зубов, точно отрепетированная.

Только вот имелось нечто, никак не вписывавшееся в нарисованную бывшей подругой красивую схему.