Читаем Принц из Парижа полностью

И, между прочим, напрасно. Потому что минутой позже на пороге показался… Совицкий.

– Привет! – сказал он, словно ничего не произошло.

– Ой, кто к нам пожаловал! – Алиска тут же вскочила на ноги и двинулась наперерез бедному Димке, застывшему на полпути, прямо посередине комнаты. – Ты зачем пришел?

Я поудобнее облокотилась на диван, ожидая продолжения шоу.

– Я… извиниться… – Димка покаянно опустил голову. – Я понимаю, что виноват. Ну, мы с Беляевым немного заигрались. У него новая бродилка, совершенно потрясная…

Это было странно, что он пришел извиняться к Алиске, когда вполне мог бы застать меня одну… Ну что же, поступок достойный – безумный и храбрый – ясно же, что вдвоем мы съедим его без соли и перца.

– А как ты узнал, что я здесь? – спросила вдруг я.

Димка пожал плечами.

– Позвонил к тебе домой, твоя мама сказала, что ты у Алины, и я решил, не откладывая, извиниться.

– Извиниться?! Ты что, Совицкий, совсем идиот или притворяешься? – сурово спросила подруга.

– Я не идиот… – Димка не знал уже, куда ему спрятаться от наших взглядов, и, подойдя к Алискиному туалетному столику, где лежали всякие расчески, заколочки и косметика, принялся машинально перебирать попадающиеся под руку предметы.

– Нет, ты именно идиот! – Алиска обернулась ко мне, словно призывая меня в свидетели. – Зачем ты испортил Жанне свидание?

– Я не знал, что это свидание… – заблеял он, отгоняя любопытную Леди Ди. – Но я хотел извиниться и… исправиться. Кстати, вы сделали задание по алгебре? Хотите, я все сам решу и принесу вам в понедельник?

Я, конечно, понимала, что Димка пытается подлизаться и загладить свою вину доступными ему средствами и, по-хорошему, требовалось его проучить… Но тема по алгебре была действительно отвратительной, и не в алгебре, как известно, счастье.

– Так и быть, решай, – согласилась я, вмешиваясь в беседу. – Только не думай, что мы тебя простили.

– Я сделаю! – радостно отозвался Совицкий и в этот момент чуть не уронил какой-то Алискин флакончик.

Терпение моей подруги закончилось, и она, пока Димка тут не перебил ей все, поспешила выставить его за дверь.

– Странный он какой-то, – сказала она, вернувшись в комнату. – Зачем ему потребовалось извиняться именно сейчас?..

– Нечистая совесть покою не давала, – объяснила я. – И вообще хватит о Совицком. Давай лучше вернемся к вопросу, что мне надеть…

– Ну, давай, – согласилась подруга, задумчиво хмурясь. – Но тогда нам придется пересмотреть весь твой гардероб.

– Так за чем дело стало? Собирайся – и пошли ко мне! Идти, к счастью, недалеко!

Алиска собралась в рекордно быстрые сроки – наверное, минут за тридцать, и вот мы уже стояли перед моим раскрытым шкафом.

С одеждой у меня все в порядке. Платьица, джинсы, юбки, комбинезоны – полный ассортимент, но Алиска отбрасывала вещи одну за другой, и вскоре на полу выросла целая куча.

– Недостаточно ярко. Нужно, чтобы ты затмила всех! – покачала головой подруга.

И тут я вспомнила о платье, которое надевала всего лишь раз – на прошлый Новый год. Оно висело в самом углу, убранное в чехол из белого атласа.

Я сняла чехол и, приложив наряд к себе, посмотрела на Алиску:

– Ну, как?

Она с минуту, задумчиво наклонив голову, разглядывала наряд.

Там было, на что посмотреть: ярко-красное, с асимметричным коротким подолом, отделанное бусинами и стеклярусом, платье переливалось при свете лампы, словно новогодняя елка.

– Отменно! То, что доктор прописал! – резюмировала наконец подруга. – Осталось только придумать, кто организует эту вечеринку.

Я положила выбранное платье и по-турецки села на пол.

– Считаю, что лучше всего будет собраться у тебя! Во-первых, твоя мама скорее позволит устроить вечеринку, а во-вторых, лучше, если Беляева позову не я… сама же говорила, что о нас уже шушукаются?.. И, кстати, нужно будет для отвода глаз пригласить еще кого-нибудь…

– Ладно, вечеринка за мной, – пообещала Алиска и взяла из стопки бумаги один из листов. – Давай тогда решать, кого, кроме Беляева, мы удостоим этой высокой чести.

Заглянув в ее бумажку, я увидела, как Алиска красным маркером сразу же за фамилией Беляев выводит вторую фамилию: Совицкий.

– Ты что, хочешь позвать Димку? – спросила я в ужасе.

– А что? Все знают, что он за тобой бегает, к тому же вы вместе сидите. Будет подозрительно, если мы пригласим Лешку, а Димку не позовем.

– Но он же мне весь вчерашний вечер испортил! Кто его просил тащиться за мной к Беляеву?!

Алиска взяла конфету из вазочки, развернула и печально на нее посмотрела, словно прикидывая: есть или не есть, но все же аккуратно положила в рот, стараясь не смазать с губ блестящую помаду, и только тогда ответила: