Читаем Принц Галлии (др. вар.) полностью

— А разве вы ничего не слыхали?

— Нет, принцесса, ровным счетом ничего, — ответил пораженный Филипп. — А что произошло? Несчастный случай?

Маргарита хмыкнула.

— Скорее, это счастливый случай. Филипп-Август Третий с его авантюрными крестовыми походами был настоящим бедствием для Франции — но Филипп де Пуатье стал бы ее погибелью. По моему убеждению, Господь наконец смилостивился над несчастной страной.

— И все же, что случилось?

— Подробностей я не знаю. О них расспросите у Тибальда. Вчера к нему прибыл специальный курьер от графа Артуа… Ну, вот! — констатировала она, устремив свой взгляд в противоположный конец комнаты; тон ее вмиг стал хмурым и неприязненным. — Помяни дурака.

Филипп оглянулся и увидел графа Шампанского, только что вошедшего в гостиную. Он, несомненно, услышал последние слова Маргариты.

— Весьма польщен, сударыня, что вы такого высокого мнения о моей скромной персоне, — невозмутимо произнес он, подойдя ближе. — Приветствую вас, принц, принцесса. Прошу великодушно простить, что мои первые слова были обращены не к вам. — Тибальд сел в свободное кресло и снова заговорил: — Премного наслышан, дражайшая супруга. Я очень рад, что вы не остались в долгу. — Он демонстративно ощупал свою голову. — Рожки уже прорезались. Правда, пока они еще манюсенькие, но вскоре тут разрастутся!.. Вы не подскажете, моя дорогая, у кого из ваших придворных дам самый рогатый муж? Я непременно сражусь с ним на первом же турнире — право, это будет похоже на бой оленей-самцов в брачную пору!

Филипп и Бланка весело фыркнули. А Маргарита улыбнулась.

— Браво, дорогой муженек, брависсимо! Я не сомневалась, что вы воспримете это философски и с присущим вам чувством юмора. А что до вашего вероятного противника на турнире, то бесспорным лидером по темпу роста рогов является Габриель де Шеверни — если, конечно, измену жены с женщинами можно расценивать как супружескую измену… — Улыбка напрочь исчезла с ее лица, и оно помрачнело. — Ах, Матильда, Матильда! Маленькая, глупенькая Матильда!..

— Это твоя вина, Маргарита, — жестко сказала Бланка. — Целиком твоя. Я предупреждала тебя, что ты губишь Матильду, настаивая на ее браке с господином де Шеверни. Но ты не слушала меня, еще и Этьена подуськивала: дескать, благодаря этому он подымится по иерархической лестнице сразу на несколько ступеней выше, станет родственником графа Капсирского и уже не будет считаться выскочкой. Радуйся теперь, ты добилась своего! Можешь добавить в свою коллекцию еще две искалеченные твоими стараниями судьбы.

Маргарита тяжело вздохнула.

— Не сыпь мне соль на рану, Бланка, — с горечью произнесла она, по-видимому, не думая оправдываться. — Я сама понимаю, что совершила непростительную глупость. Я проклинаю себя за это. Но разве могла я предвидеть…

— Ты должна была предвидеть! Даже я — а я не так хорошо, как ты, знаю Матильду, — и то я боялась, что этим все закончится.

— Не потому ли, — язвительно осведомилась Маргарита, что последние несколько ночей перед ее свадьбой вы с ней провели в одной постели?

Филипп и Тибальд хотели было вмешаться в их перепалку во избежание дальнейших осложнений, но, взглянув на Бланку, передумали. Выражение ее лица было спокойным и даже кротким, без малейшей тени смущения или замешательства.

— Возможно, и потому, — ответила она задумчиво. — К твоему сведению, уже тогда Матильда приставала ко мне. Так что задел этому был положен еще раньше, в твоей постели. — Бланка решительно поднялась с кресла. — Прошу прощения, дон Тибальд, за этот откровенный женский разговор в вашем присутствии, но его спровоцировала не я, а ваша жена, у которой, как вы, наверное, знаете, весьма искаженное представление о приличии и почти полностью отсутствует чувство такта. — С этими словами она взяла Филиппа за руку. — Пойдем, Филипп. Полагаю, у кузины и дона Тибальда есть что обсудить наедине друг с другом.

— Ни в коем случае! — живо запротестовала Маргарита и почти насильно усадила Бланку обратно. — Не уходите. Сейчас я не склонна выяснять с Тибальдом отношения. Может быть, завтра, когда он вернется от своей очередной потаскушки, у меня и возникнет желание обсудить с ним некоторые вопросы, но только не сегодня. Сейчас я не хочу портить себе аппетит, потому как у меня намечается роскошный ужин.

— Увы, — покачал головой Тибальд. — Должен вас огорчить, моя дражайшая супруга. Или напротив — обрадовать. Это уж как посмотреть.

— Что вы имеете в виду?

— Никакого разговора между нами завтра не состоится. На рассвете я отправляюсь в Париж. Кузен Артуа просил меня приехать как можно скорее. По его словам, дело не терпит отлагательства.

— Что ж, тем лучше, — сказала Маргарита. — Да, кстати, дорогой супруг. Бланку и Филиппа интересуют обстоятельства смерти короля Франции и его сына. Не соблаговолите ли вы уделить нам несколько минут своего драгоценного времени, чтобы поведать о сием прискорбном событии?