Читаем Принц Эдип полностью

— Докторскую, говорите, пишет? — задумчиво спросил молодой человек. И Ная вдруг испугалась. А ну как будущий доктор наук отберет ее хлеб? Сам захочет написать?

Но, как выяснилось потом, фанатик от археологии такими пустяками не занимался. Более того, подтвердил участие Наи в экспедиции и даже назвал «девушкой знающей и толковой». Дал ей отличные рекомендации.

«Хоть на этом спасибо», — подумала Ная. Стоило столько вечеров слушать россказни начальника экспедиции, сидя у костра! Молодой человек, который поначалу был таким любезным, стал напрашиваться в соавторы.

— Вы же понимаете, сколько тут работы, — жаловался он. — Надо отредактировать материал. Ведь вы же не профессионал. Абсолютно не умеете писать. Алмаз, так сказать, неграненый. Надо все это привести в порядок. Ну, вы же все понимаете…

«Я понимаю», — злилась Ная. — «Понимаю, что деньги тебе нужны. Деньги, слава. Материал-то стоящий! Это сейчас модно!». Но выбора у нее не было. Лишь бы имя ее появилось в газете, хоть бы и вторым в списке. В списке? Она невольно усмехнулась. Как знать, кто еще захочет принять участие, будет напрашиваться в соавторы? «Делиться надо», — намекнул ей молодой человек, который взялся «протолкнуть» ее очерк.

После выхода статьи ее зачислили внештатным корреспондентом и заказали целую серию очерков о пустыне. Материал имел большой общественный резонанс, хотя ученые и назвали все это бредом. Но Ная уже сообразила: народу нужны развлечения. Жареные факты. Пусть даже и не проверенные. Пока разберутся, что к чему, тема утратит свою актуальность. Не бойся сморозить глупость, лишь бы привлечь к себе внимание хоть на миг и сорвать куш. Это и стало впоследствии ее жизненным кредо! Она нашла себя именно в журналистике, хотя путь к должности главного редактора модного журнала предстоял долгий. В ее карьере было всякое: и взлеты, и падения. Но еще в далекой экспедиции она поняла главное: в жизни не место романтике, надо быть реалистом. Она излечилась от этой болезни раз и навсегда. Правда, чтобы это понять пришлось потратить почти два года!

Вместо того чтобы восстановиться в Институте культуры она, по совету соавтора, отправилась сдавать экзамены в МГУ, на факультет журналистики. Ведь ей теперь было что представить на творческий конкурс. К ней отнеслись благосклонно и приняли на заочное отделение. Год учебы в Институте культуры сыграл роль положительную. Кое-какие знания по гуманитарным предметам у Наи имелись. Она ликовала. МГУ -это здорово! Жаль только, что на заочное! Надо где-то работать и где-то жить.

К тому времени у нее вышла громкая ссора с Люсей. И все из-за чего! Из-за того, что Ная решила ей помочь! У нее из головы не выходила мысль: соблазнить Петю. Ишь, какой нашелся! Предприимчивый! Рыбак рыбака видит издалека! Ная и сама имела виды на трехкомнатную Люсину квартиру. Прекрасно понимала, что если не Петя, никогда подруге, этой рохле, замуж не выйти, следовательно, жить Люся будет ее, Наиниными интересами и с жилплощади своей не попросит. У Люси хорошо, удобно. Надо только избавиться от конкурента.

Она уже выучила Петин график. Когда тот учится, а когда навещает подругу. Петя был на редкость пунктуален. Наю от него уже тошнило. Она не понимала: и как только Люся может с таким общаться? Скучный до омерзения! Типичный бухгалтер! Или как его там? Несколько лет в Москве, а все еще не обтесался. Деревня! Комплимента девушке сказать не умеет, сидит, сопит.

— Сегодня Петя придет, — радостно сообщала Люся. И веснушчатое лицо ее при этом светилось.

— Послушай, ты его что, любишь? — подозрительно спросила как-то Ная.

— А как же! — простодушно ответила Люся.

— И ты думаешь, что он тебя любит?

— А как же!

— Так может, вы поженитесь?

— Ой, не знаю. Ему ж в колхоз.

— Ну и ты туда поезжай, — грубо сказала Ная.

— Ой, не знаю. — И Люся покраснела.

«Дуреха!», — хотелось сказать ей. — «Ты еще в деревню за ним поезжай! Декабристка! Да что же это вы оба такие несовременные?». Ная уже поняла, что эти двое два сапога пара. И если их не развести, они таки поженятся. И из квартиры Наю попросят. Или дети пойдут. Плач, беготня с кастрюльками, с пеленками. Еще и Наю запрягут. Нет, не подходит.

— Сегодня Петя придет, — сказала однажды Люся. — А мне в Центральную.

— Куда?

— Мероприятие готовим. Я задержусь, а Петю не предупредила.

— Ничего, я его развлеку, — пообещала Ная.

— Ой, спасибо! Ты его покорми. Борщ на плите, в кастрюле, а в морозилке пельмени. Давай, я тебе покажу! — засуетилась Люся.

«Ничего», — мысленно усмехнулась Ная. -«Будут ему пельмени».

…За полчаса до прихода Пети она накинула короткий халатик, умышленно не застегнув две верхние пуговки. Полы халатика расходились во время ходьбы, и стройные ножки видны были во всей своей красе. Ная не сомневалась в успехе. Она побрызгала на себя духами, пригладила волосы и подкрасила губы. Ровно через полчаса раздался звонок. Петя, как всегда, был пунктуален.

«Какая скука!», — подумала она, открывая ему дверь. И, растянув губы в улыбке, пропела:

— Заходи.

— А где Люся? — первым делом спросил он.