Я сильно выдыхаю, оглядываясь на летнюю резиденцию на холме. Охранник, стоящий на выходе из тайного прохода, видел меня, уходящей с сумкой, перекинутой через плечо, содержащей всё, что мне понадобиться, по крайней мере, на данный момент. Я ожидала, что он остановит меня, притащит обратно в дом, как заключенную. Но он ничего не сделал.

Как и в любое другое время, когда я покидала дворец.

За исключением того, что это не очередной раз. Сегодня, я кралась тайком, без сопровождения телохранителя или водителя.

На этот раз, Рейн и Феникс ждали меня прямо через дорогу в потрепанной маленькой машине, которую они купили, чтобы путешествовать по Европе, со снаряжением, прикрепленным наверху бандаж-веревками.

Этот раз, не как прошлый, когда я ходила добровольцем в больницу. В этот раз, я не вернусь.

– Я не могу поверить, что ты выбралась оттуда так, что никто не узнал, – произнёс Феникс. – Казалось, что у них будет более хорошая охрана.

– Я училась у лучшего, – ответила я, думая об Альби. На мгновение, возникает желание вернуться. Мне хочется сказать ему, что меня не волнует, кто и что думает о нас. – Кроме того, я там не заключенная.

– Ты уверена, что хочешь уйти? – спрашивает Рейн. Она сидит со мной на заднем сиденье, Феникс за рулем.

Уверена ли я?

Я настолько далека от уверенности, насколько это возможно.

– Да.

Рейн тянется к моей руке.

– Я уверена, что у них есть план борьбы со СМИ, знаешь ли. Это не должно быть важным событием. Ты могла бы спрятаться во дворце или ещё где-нибудь.

– Нет, – произношу я категоричным голосом. – Я просто… это слишком много внимания. Я не могу сейчас думать.

Рейн сжимает мою руку.

– Что насчёт принца Альберта? – спрашивает она.

– Я не хочу говорить о нём.

Думаю, я могла влюбиться в него.

Эта мысль пугает меня.

– Ты уверена, Белль? – спрашивает Рейн. – Ты уверена, что готова убежать от этого? От него?

Нет.

Я могу вернуться назад. Прямо сейчас, я могу развернуться и вернуться в дом, и сказать Альби, что мне всё равно.

Я могу поступить храбро. Я могу сказать всем, чтобы они пошли на хуй.

Я могу сказать Альби, что хочу быть с ним.

Но я просто не настолько храбрая.

– Просто поезжай, – говорю я.

ГЛАВА 41 

Альби

– Как это «ушла»? – спрашиваю я и, вытащив телефон, набираю текст Белль, но слышу жужжание в комнате. Телефон в руке Ноя издаёт его. – Это её?

– Это её, сэр, – отвечает он. – Она оставила его в своей комнате. Я взял на себя смелость забрать телефон до того, как начальник службы безопасности добрался до спальни мисс Кенсингтон. Я посчитал, что на нём могут быть вещи, которые вы не захотите сделать общедоступными.

– Она ушла, – тупо произношу я. Мне никак этого не понять.

– Да.

– Она всё забрала с собой?

– Она взяла сумку, – говорит Ной. – Обошла Мартина и вышла из ворот.

Она ушла.

– Она оставила записку, сэр, – произносит Ной, вручив сложенный лист бумаги. Я открываю его.

«Прости меня, Альби. Я просто… не могу остаться. 

Люблю, 

Белль».

Я мну записку в руке и смотрю на Ноя.

– Где?

– С Рейн, – отвечает он. – Одна из друзей из Африки.

– Я знаю, кто такая Рейн, – поспешно произношу я.

– Разумеется, королевская разведка сможет определить местоположение телефона Рейн. Вы хотите знать, где Белль и Рейн остановятся, когда они сделают это?

Хочу ли я знать, где она?

Она та, кто ушла, сбежала от всего этого.

Она оставила свой телефон. Она не хочет, чтобы её нашли.

– Да, – произношу я, выпаливая свой ответ, прежде чем даже подумаю об этом.

Она не хочет, чтобы её нашли.

Я должен позволить просто ей уйти.

– Нет, – говорю я. – Не обращай внимания. Я не хочу знать.

Ной долго смотрит на меня, прежде чем сказать.

– Сэр, – начинает он, затем качает головой. – О, к чёрту это! Я просто выскажусь. Принц Альберт. Я знаю тебя уже очень давно, и я видел тебя со многими женщинами. Я серьезно. С кучей женщин.

– Ной, – предупреждаю я.

– Суть в том, – продолжает он. – Я видел тебя с кучей женщин, но ни одна не была похожа на Белль. Она любит тебя, а ты любишь ее. Это очевидно для всех, кто видит вас вместе, а если это не очевидно… Ну, тогда они чёртовы слепцы.

– Она должна была остаться, – говорю я. В моих словах больше гнева, чем я ожидал.

– Она напугана, – отвечает Ной, его голос смягчается.

Как я и. Но я не сбежал.

Не могу поверить, что она просто ушла. Даже не попрощавшись.

Я злюсь на Белль за уход, но больше всего злюсь на наших родителей – особенно на Софию – за принятое решение о том, что наилучший ответ заключался в том, чтобы натравить на Белль PR-команду, как рой саранчи. И я злюсь на себя, что рассказал отцу о свадьбе в Вегасе.