Читаем Приключения 1969 полностью

…Я не могу не считаться с приведенными Вами аргументами относительно обстоятельств, мешающих Вам приехать в Тегеран. Разумеется, только Вам может принадлежать решение вопроса о возможности Вашего приезда в Тегеран.

Со своей стороны я должен сказать, что не вижу более подходящего пункта для встречи, чем указанный город.

На меня возложены обязанности Верховного Главнокомандующего советских войск, и это обязывает меня к повседневному руководству военными операциями на нашем фронте. Это особенно важно в данное время, когда непрерывная четырехмесячная летняя кампания переходит в зимнюю и военные операции продолжают развиваться почти на всем фронте протяжением 2600 километров. При таком положении для меня, как Главнокомандующего, исключена возможность направиться дальше Тегерана. Мои коллеги в правительстве считают вообще невозможным мой выезд за пределы СССР в данное время, ввиду большой сложности обстановки на фронте».

Уайт перевернул несколько страниц и стал читать.

Послание от 8 ноября 1943 года:

…Вы будете рады узнать, что я выработал метод, при помощи которого, в случае, если я получу сообщение о том, что закон, требующий моего вето, прошел через Конгресс и направлен мне, я вылечу в Тунис, чтобы получить его там, а затем вернусь на конференцию.

Я поэтому решил отправиться в Тегеран, и это меня особенно радует.

Как я сообщал вам, я придаю чрезвычайное значение тому, чтобы вы, г-н Черчилль и я встретились…

Мы все можем затем отправиться в Тегеран 26 ноября и встретиться с вами там 27, 28, 29 или 30 и будем совещаться столько, сколько вы сочтете возможным находиться в отъезде…»

…Ваш план организации нашей встречи в Иране я принимаю… Надеюсь, что с этим согласится и г. Черчилль».

— Черчилль согласился, — пробормотал Уайт. Сделал несколько заметок в блокноте и, закрыв папку, крупным размашистым почерком написал на ней «Эврика». Советник посмотрел на часы — четверть двенадцатого. Через пятнадцать минут начнется получасовой перерыв на ленч в правительственных учреждениях.

Спрятав папку с документами в сейф, Уайт вышел из кабинета, бросив на ходу секретарше:

— Мэри, я пошел перекусить.

— Домой? — спросила секретарша.

— Нет, где-нибудь поблизости, пока не начался перерыв; надоела толкотня.

Уайт вышел из Белого дома.

Он медленно пошел по Конститьюшен-авеню, мимо строгих фасадов, огромных правительственных зданий.

В сквере, мимо которого проходил Уайт, было много женщин в пестрых платьях, с детскими колясками; ребятишки постарше весело резвились около них. Два садовника озабоченно копались у цветочной клумбы. По улице неслись потоки машин. Никто никогда не сказал бы, что эта страна принимает участие в войне. Война была слишком далека. И только очень наблюдательный человек заметил бы, что среди пешеходов несколько больше военных, чем встречалось года три назад.

Навстречу Уайту из-за угла вышел молодой полковник.

— Хелло, Джонсон! — приветствовал его советник. — Вы как раз нужны мне. Я вам звонил по телефону, но не застал.