Читаем Приют пилигрима полностью

— Нет. Пожалуй, лучше все-таки вам рассказать. Я думала о миссис Робине. Мне всегда было ее так жаль — я не хотела снова ворошить историю с Мэйбл. Прошу вас, не поймите меня неправильно. То, что мы с Генри обсуждали, не имеет никакого отношения к Робинсам. Но я знала, что если я упомяну о нашем споре, то Робинсы неизбежно окажутся втянутыми в эту историю — так и получилось.

Марч окинул ее тяжелым взглядом:

— Мисс Фрейн, знали ли вы о смерти Мэйбл Робине?

— Да, мистер Пилигрим мне сказал. И сказал, что Робинсы не хотят огласки. Я никогда никому не говорила об этом.

— Но вы знали. Знали ли вы об этом в момент размолвки между вами и мистером Клейтоном?

— Нет, не думаю. По-моему, мистер Пилигрим сказал мне об этом позже.

— Вы не уверены?

— Нет, я уверена, что узнала об этом только потом.

— Знали ли вы, кто был отцом ребенка Мэйбл Робинс?

— Нет.

— Говорил ли вам что-нибудь на этот счет мистер Пилигрим?

После долгой паузы Лесли ответила:

— Да.

— Говорил ли он, что, по его мнению, отцом ребенка был мистер Клейтон?

— Он высказывал опасение, что это так.

— Привел ли он какую-либо причину таких опасений?

Лицо Лесли смертельно побледнело. Она заставила свой голос звучать все так же ровно, но ответ ее прозвучал еле слышно:

— Он сказал, что услышал это от Робинса.

Марч постучал в дверь мисс Жанетты. Зайдя в комнату и обнаружив там мисс Лону Дэй — в качестве аудитории — он понял, что сцена подготовлена и роли распределены. Он, без всякого сомнения, — жестокий полисмен, ворвавшийся в покои тяжело больной леди. Окна были наполовину прикрыты портьерами в розочках и незабудках. Розовые льняные занавески, тоже наполовину спущенные, превращали холодный свет дня в розоватое мерцание.

В первое мгновение Марч не мог ничего разглядеть в полумраке. Мисс Дэй проводила его извилистым путем среди мебели до кровати, где ему предложили стул. Через минуту глаза его привыкли к освещению, и он различил среди розовых покрывал мисс Жанетту, до пояса накрытую вышитым одеялом. Казалось, чтобы сидеть, ей приходилось прилагать особые усилия. На ней был пеньюар, украшенный сотнями ярдов кружева. Ни один волосок не выбивался из ее тщательно уложенных кудрей. Их венчал чепчик, изваянный из пары дюймов кружева, рядом кокетливо гнездились розовый бутон и букетик незабудок, пальцы ее украшало несколько дорогих перстней.

Из этой розовой дымки мисс Жанетта и вела разговор.

— Вы должны извинить меня, если я заставила вас ждать. Это было такое ужасное потрясение. Я не такая выносливая, как моя сестра. Вы ведь не будете возражать, если моя сиделка останется в комнате.

— Я бы предпочел поговорить с вами наедине, мисс Пилигрим.

Она издала прерывистый вздох.

— Вы знаете… Мне не слишком… Боюсь, мне придется попросить вас позволить ей остаться. Лона, дорогая… Мои нюхательные соли…

Мисс Дэй сочувственно взглянула на Марча.

— Думаю, вам лучше позволить мне остаться, — сказала она.

Рэндал сдался. Если на нее надавить, то она, чего доброго, упадет в обморок, и тогда придется все начинать заново.

Принеся флакон с нюхательной солью, мисс Дэй тактично удалилась к окну. Мисс Жанетта обратилась к Марчу:

— Просто скажите, что вас интересует, и я постараюсь вам ответить. Но мне нужно беречь силы — вы мне в этом поможете?

— Я не задержу вас дольше, чем потребуется. Мне хотелось услышать от вас, каково было общее настроение в семье относительно продажи имения — когда такая мысль была впервые высказана.

Мисс Жанетта, моментально забыв о своем плохом самочувствии, с удивительной живостью ответила:

— Это мой брат придумал. Не представляю, как ему такое даже в голову пришло. Я в жизни не испытывала подобного шока! И он заставил Роджера уничтожить акт о майоратном наследовании! <Акт, закрепляющий порядок наследования земли без права отчуждения> Не понимаю, о чем только они оба думали! Мы все были просто в ужасе.

— Говоря «мы», кого вы имеете в виду?

Кудряшки слегка встрепенулись.

— Всех нас, всю семью. У моей сестры просто сердце бы разбилось. Сад — смысл ее жизни. И, конечно, трудно ожидать, что вы поймете, но Пилигримы всегда жили в «Приюте пилигрима».

Марч изобразил сочувственную улыбку.

— Да, всегда очень грустно, когда старое поместье уходит в чужие руки. Но, насколько я понимаю, мистер Пилигрим все же намеревался совершить эту сделку.

Мисс Жанетта глубоко вздохнула.

— Он был очень, очень упрям в этом вопросе! У него был такой неуступчивый характер! Если бы он тогда не умер, все мы лишились бы крова.

Мисс Дэй отошла от окна и сказала успокаивающе:

— Вы уверены, что не переутомляете себя разговорами, дорогая?

Но это не принесло ничего, кроме язвительного, резкого замечания:

— Вам лучше пойти взглянуть, не нужно ли чего Джерому. Можете вернуться позже.

Марч ощутил жалость к мисс Дэй. Но она, очевидно, привыкла к таким фокусам. Что за жизнь!

Сиделка незаметно выскользнула из комнаты, и Марч подвел итог:

— Продажа не состоялась в результате смерти вашего брата?

Раздался еще один тяжкий вздох.