Читаем Приглашённая полностью

В рукописи стоит kike – позднейший, согласно одним источникам, североамериканский, а согласно другим – великобританский по происхождению сленг. Его, вопреки привычной ошибке, точнее будет переводить – «хаим/хайка» и никак не «жид», для чего есть бесспорное “Yid”. Вообще сказать, речь куратора перенасыщена разного рода грубостями в сочетании с изысканностями и отвлеченностями. Лет двадцать тому назад я несомненно поддался бы соблазну – и по-русски воспроизвел бы кураторские манеру и стиль в виде нарратива «творческого человека свободных убеждений»: книжная лексика – номинативная и саркастически переосмысленная, – уносимая бранным потоком. Но мне давным-давно уже наскучило сквернословить на письме, описывать непотребства и зубоскалить. – Ю.М .

64

Согласно упомянутому Н.Н. Усовым анекдоту, покидающий ресторан кавказец небрежно отмахивается от подобострастного гардеробщика со словами: «Палто нэ нада!..» – Ю.М .

65

В оригинале соотв. выражение передается как: “…I don’t give a shit”. – Ю.М .

66

Перевод этой фразы принадлежит Н.Н. Усову. Я сохранил его характерный буквализм. – Ю.М .

67

Любопытно, что эти выделенные мною курсивом слова в машинописи приводятся изначально по-русски. – Ю.М .

68

Подразумевается “Seconds”. Вышел на экраны в 1966 году. Допустимо также перевести как «Вторая порция». – Ю.М .

69

Не вижу необходимости в особых ссылках с указаниями, из каких именно песен Н.Н. Усов приводит эти строки, равно перечисления имен композиторов и авторов положенных на музыку слов и т. д.: интересующиеся деталями читатели из тех, кто не принадлежит к названному культурному подразряду, смогут справиться сами, а прикосновенные – всё знают и без того. – Ю.М .

70

«Отель “Калифорния”», 1977 год. Предлагаю обобщенный пересказ первой строфы на русский молодежный жаргон 60–90-х годов минувшего столетия:

Она ведется от крутых ништяков, ее мо́зги теряют винты.

Ее обступает толпа чуваков, и она зовет их – «кенты».

Этим летом в испарине сладкой с ней танцуют они медляк…

Первый танец ей не забыть, а второй – не запомнить никак. – Ю.М .

71

Эта часть фразы в русской машинописи отсутствует, но я почел необходимым ее восстановить, обнаружив цельную формулу на соотв. странице одного из английских документов, кот. выборочно были мною просмотрены. – Ю.М .

72

Сочетание белых, красных, синих и желтых полос, разнящихся шириной; возможно, с включением зеленого в виде геральдических веночков. – Ю.М .

73

Аллюзия на музыкальную тему и песню, восходящую к знаменитому фильму-оперетте 1977 года. – Ю.М .

74

В начале 2010 года полностью уничтожен под предлогом строительства дополнительных линий. – Ю.М .

75

Вокальная группа, – точнее труппа – конца 70-х – начала 80-х годов прошлого века. Под этим же названием, но в ином составе существует по сей день. – Ю.М .

76

Нечто подобное, но, разумеется, при отсутствии телефонов подметил Аркадий Иванович Свидригайлов в числе отличительных признаков уличной толпы в Санкт-Петербурге 1865 года. – Ю.М .

77

Здесь: «Это еще что? Повтори, не разберу». – Ю.М .

78

Скулит (малорос. – Ю.М. ).

79

Дубарь, долбоеб. – Ю.М .

Перейти на страницу:

Похожие книги

Хмель
Хмель

Роман «Хмель» – первая часть знаменитой трилогии «Сказания о людях тайги», прославившей имя русского советского писателя Алексея Черкасова. Созданию романа предшествовала удивительная история: загадочное письмо, полученное Черкасовым в 1941 г., «написанное с буквой ять, с фитой, ижицей, прямым, окаменелым почерком», послужило поводом для знакомства с лично видевшей Наполеона 136-летней бабушкой Ефимией. Ее рассказы легли в основу сюжета первой книги «Сказаний».В глубине Сибири обосновалась старообрядческая община старца Филарета, куда волею случая попадает мичман Лопарев – бежавший с каторги участник восстания декабристов. В общине царят суровые законы, и жизнь здесь по плечу лишь сильным духом…Годы идут, сменяются поколения, и вот уже на фоне исторических катаклизмов начала XX в. проживают свои судьбы потомки героев первой части романа. Унаследовав фамильные черты, многие из них утратили память рода…

Николай Алексеевич Ивеншев , Алексей Тимофеевич Черкасов

Проза / Историческая проза / Классическая проза ХX века / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Облом
Облом

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова — вторая часть трилогии «Хроника Великого десятилетия», грандиозная историческая реконструкция событий 1956-1957 годов, когда Никита Хрущёв при поддержке маршала Жукова отстранил от руководства Советским Союзом бывших ближайших соратников Сталина, а Жуков тайно готовил военный переворот с целью смещения Хрущёва и установления единоличной власти в стране.Реконструируя события тех лет и складывая известные и малоизвестные факты в единую мозаику, автор рассказывает о борьбе за власть в руководстве СССР, о заговоре Жукова и его соратников против Хрущёва, о раскрытии этого заговора благодаря цепочке случайностей и о сложнейшей тайной операции по изоляции и отстранению Жукова от власти.Это книга о том, как изменялась система управления страной после отмены сталинской практики систематической насильственной смены руководящей элиты, как начинало делать карьеру во власти новое поколение молодых партийных лидеров, через несколько лет сменивших Хрущёва у руля управления страной, какой альтернативный сценарий развития СССР готовился реализовать Жуков, и почему Хрущёв, совершивший множество ошибок за время своего правления, все же заслуживает признания за то, что спас страну и мир от Жукова.Книга содержит более 60 фотографий, в том числе редкие снимки из российских и зарубежных архивов, публикующиеся в России впервые.

Вячеслав Низеньков , Дамир Карипович Кадыров , Константин Николаевич Якименко , Юрий Анатольевич Богатов , Константин Якименко

История / Приключения / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Ужасы