Читаем Причуды любви полностью

Дэмиен провел утро, отдавая приказы, вселявшие страх Божий в медлительных, неряшливых Перри и во всякого, кто имел несчастье заслужить его гнев. Рассудив, что теперь лучше предоставить событиям без всякой суматохи идти своим чередом, а заодно спастись от облаков пыли, поднимаемых метлами и тряпками селянок, он оседлал Сарацина и поехал посмотреть поместье. Как и ожидалось, владения находились в состоянии полного небрежения: поломанные изгороди, невспаханные поля, заброшенные сады. Потребуется целое войско, чтобы все привести в порядок, равно как и надежный управляющий, который станет надзирать за работой, если только сам не предпочтет этим заняться. Со стороны кузена было поистине преступлением допустить такую разруху!

Дэмиен, кипя раздражением, остановился у бурлящего, почти выходившего из берегов ручья, чтобы напоить лошадь. Внимание его привлекли шорох в кустах и промелькнувший лоскуток чего-то красного.

— Кто там? — окликнул он. Пусть Мэтью Мэллори позволял шляться здесь всяким типам, при нынешнем состоянии поместья это все равно не имело значения, но теперь у Мэллори-Хауса новый владелец и всяким вольностям пришел конец. Жителям Ландрета скоро предстоит это усвоить.

Ему никто не ответил, и в кустах все было тихо. Лорд Ратерфорд спешился и решительно зашагал к зарослям.

— П-прошу прощения, сэр, — пропищал чей-то голосок, и из кустов показалась голова парнишки лет десяти-одиннадцати. — Вы и будете его светлость лорд Ратерфорд?

— Кажется, слава обогнала меня, — сухо заметил его светлость. — А позволь спросить, ты-то кто?

Мальчишка был одет по-деревенски, в красную рубашонку и штаны из домотканого сукна, закатанные до колен. Но как ни странно, говорил без всякою акцента и так же правильно, как сам лорд.

— Роб, сэр, — ответил он.

— И только? Нельзя ли подробнее. Роб, а дальше?

Мальчик закусил губу, сморщил веснушчатый нос, и лорд Ратерфорд недовольно нахмурился.

— Мне не позволено здесь быть, сэр, — признался он наконец. — Но лучшего места для ловли форели не придумать. Я уже поймал целых три.

Он поднял из воды сеть и с гордостью показал Дэмиену трех пятнистых обитателей ручья.

— Мерри не возражала бы, — продолжал он, — но Хьюго такой зануда и станет часами читать нотации. Не пойму только, при чем тут он, ведь моя опекунша — Мерри!

— Ничего не понимаю, малыш, — вздохнул Дэмиен, устраиваясь на берегу. — Ясно, что с этим Хьюго ты не ладишь, верно? Зануда — весьма точное определение, но кто эти люди, да и ты сам?

— Вы никому не скажете, что видели меня?

— Я никогда не выдаю браконьеров, — серьезно заверил его Дэмиен, и Роб прыснул.

— Это, конечно, браконьерство, но, кроме меня, здесь много лет никто не удил рыбу. Хотите попробовать, сэр?

— Возможно, позже. Хотя… вряд ли можно обвинить в браконьерстве меня, верно. Роб?

— Трелони, — пожал плечами Роб, плюхнувшись рядом с Дэмиеном. — Мои родители умерли, и теперь из рода Трелони остались только Мерри, Тео, Хьюго и я, а Мерри теперь даже не Трелони. По-настоящему она Блейк, хотя, собственно говоря… — Он заговорщически понизил голос. — она никогда не была Блейк, даже при жизни сэра Джона. Трелони — всегда Трелони, как утверждал папа, и это чистая правда. Если не считать Хьюго, конечно. Он ничуть не походит на Трелони и, кроме того, собирается принять сан, хотя Мерри сказала, что для Трелони такое — чистый вздор и просто абсурдно считать, что он облегчит нам жизнь, согласившись поселиться в Дорсете у кузины Сибил. Мерри считает, что настоящий Трелони никогда не смог бы жить в Дорсете, и она не позволит Хьюго принести себя в жертву, даже если сейчас мы попали в несколько стесненные обстоятельства. Она говорит, что рано или поздно все образуется.

Последнее утверждение было произнесено тоном, исполненным такой уверенности, что Дэмиен поднял брови, силясь разобраться в этом бесхитростном повествовании.

— Насколько я понял, Мерри — твоя замужняя сестра и, кроме того, твой опекун?

— Да, но теперь она вдова. Сэр Джон упал с коня, настоящего костолома. Мерри сказала, что в таком состоянии нечего было и думать садиться в седло. Так или иначе, он свернул себе шею на охоте и оставил Мерри одни долги, да еще Хью, Тео и меня. Я сказал, что не вернусь в Хэрроу, если это уменьшит расходы, но Мерри ничего и слушать не пожелала, — мрачно заключил Роб. — Настоящая зануда.

— Возможно, — пробормотал Ратерфорд, ощутив некоторую симпатию к таинственной Мерри, решившейся стать опекуном этого бесхитростного создания. — Мерри — имя необычное.

— По-настоящему ее зовут Мередит, — пояснил Роб. — Наша мама была Мередит, а у Трелони такая традиция: первая женщина в роду должна носить это имя. Только обычно первым рождается мальчик, так что все посчитали появление Мерри событием невероятным.

— Наверное, — согласился его светлость, пораженный столь неопровержимой логикой. — А Хью и Тео — твои братья?