Читаем Прибежище богов полностью

И вот теперь, кровь из носу – мне необходимо расположить к себе эту рыжую кобылу с белой отметиной на лбу, убедить ее доверять мне, вызвать в ней любовь и привязанность. Я, конечно, опекала Звездочку все это время, но что-то подсказывало мне, что этого недостаточно. Я не чувствовала, что могу без опаски сесть на нее – оставался еще какой-то барьер между нами, может, мой страх, а может, ее недоверие, ведь она наверняка еще помнила своего прежнего хозяина.

Я задумчиво смотрела на Звездочку, которая меланхолично поедала принесенный мной кусок сахара, кося на меня своим большим проницательным глазом. Я ласково поглаживала ее, чесала за ухом, перебирала гриву, с удовольствием ощущая всю мощь этого прекрасного создания, его силу и энергию. Мы стояли с ней в изрядном отдалении от всех, я специально ее сюда увела, чтобы никто не мешал моим попыткам пообщаться и сблизиться с ней…

– Ты моя красавица… – приговаривала я, – умница, хорошая моя. Кушай, кушай. Я еще принесу.

Внезапно мне пришло в голову поговорить с лошадью так, как если бы это был человек. Ну а что – вдруг она меня действительно понимает? Я и раньше с ней разговаривала, но ведь я не ожидала услышать ответ, просто делала это как бы машинально, как делаем все мы, сюсюкая с милым котенком или прелестным щенком. Но теперь я попытаюсь уловить ее чувства… увидеть ее мысли, направленные мне в ответ… не знаю, как это у меня получится с животным, но, в конце концов, почему бы и нет? Что-то настоятельно подсказывало мне, что я на верном пути.

– Звездочка… – вкрадчивым шепотом сказала я, обнимая лошадь за шею, и прижимаясь к ней щекой, – я люблю тебя, милая моя лошадка… Я хочу, чтоб мы с тобой подружились, и обещаю, что буду всегда заботиться о тебе, ласкать тебя и кормить. Я очень хочу поговорить с тобой… и попросить о чем-то… ты понимаешь меня, Звездочка?

Я открыла свой ментальный канал навстречу мыслям лошади… Это получилось у меня на удивление легко, и дальше я удивлялась все больше и больше, и одновременно мое сердце наполнялось ликованием, потому что Звездочка понимала меня! А что самое поразительное – я считывала ее мысли безо всякого труда, я видела их так отчетливо и ясно, как еще не видела мысли людей! И еще мне стало понятно, что и кобыла слышит меня на ментальном уровне. Конечно, вряд ли она понимала мою речь, но ей, безусловно, были понятны все мои чувства, эмоции и желания, связанные с ней. Она отвечала мне. Она была готова поговорить со мной.

Капитан Серегин Сергей Сергеевич.

Выехали мы из лагеря не через полчаса и не через час, а уложились примерно в сорок пять минут, и Птица тоже была с нами. Мне оставалось лишь диву даваться, как это она за столь короткое время научилась ездить верхом, причем весьма уверенно и грациозно. Как я подозреваю, скорее всего, она просто договорилась с лошадью или что-то вроде этого, потому что вид у обеих был при этом до невозможности хитрый и загадочный. Птица, необычайно довольная, сидела в седле горделиво и победоносно, с выпрямленной спиной, рыжая кобыла слушалась малейшего ее движения, и, похоже, была счастлива иметь такую хозяйку. При взгляде на них создавалось стойкое убеждение, что они сроднились и теперь составляют неразрывный тандем. Даже их хвосты, эквивалентные друг другу по длине и густоте, качались в одном ритме. Честно говоря, от Птицы невозможно было оторвать глаз – до того она была хороша, сидя в седле, в своих горчичных шароварах и выглядывающей из-под ковбойки лиловой маечке; ее ноги, обутые в белые кроссовки, уверенно упирались в стремена, руки без напряжения сжимали поводья.

За то время, пока мы собирались, она успела не только сесть в седло и сделать легкую выездку, но и по-своему «побеседовать» с пленной молоденькой амазонкой по имени Ия, и выяснить предполагаемый маршрут каравана амазонок. Тут я еще подумал, что совсем неплохо было бы устроить засаду и перебить заодно и тевтонскую торговую делегацию, потому что живые и дееспособные тевтоны поблизости нам и даром не сдались. Как говорится – на войне как на войне.

Лошади бодро шли по следу, оставленному амазонками, время от времени переходя на легкую рысь, делая примерно по десять-двенадцать километров в час. Таким темпом мы должны были быстро настичь караван амазонок и устроить ему «проверку на дорогах». Немного напрягало то, что опять придется воевать с бабами – нет, даже не с бабами, а с молоденькими девчонками, но это, очевидно, такая карма, потому что Птица сказала, что нас самих тоже не ждало ничего хорошего, попади мы живыми к ним в руки.