Читаем Прибежище богов полностью

Я, как и мой отец, считаем, что великий Адольф сделал величайшую ошибку в своей жизни, когда назвал русских унтерменшами. Боле того, так думать просто абсурдно, ведь именно от их неодолимой мощи наши предки бежали сломя голову в этот мир, после чего завещали нам никогда больше не связываться с этим народом. Достаточно почитать дневники основателя нашего рода, вслед за херром Тойфелем пришедшего на эти благословенные земли – и все сразу становится ясно. Наших предков гнали как диких зверей, и только чудо, явленное божеством, позволило им выжить в те роковые дни и даже преуспеть.

В том, что русские действительно великие арийцы, а гауптман Серегин как бы не воплощение самого бога Тора, я убедилась сегодня утром, когда, простите, отошла в сторонку в поисках куста, под которым я, подхватив подол этой варварской одежды, смогла бы поделать все свои утренние дела. Так уж получилось, что поединок гауптмана Серегина с богом войны этих кровожадных дикарей я наблюдала, сидя в позе курицы, комкая в руках сорванный по пути первый подходящий лопушок.

Голыми руками гауптман Серегин поверг наземь вооруженного до зубов бога, а потом исполнил над ним свой приговор, милосердно свернув чудовищу шею. И, как подобает настоящему герою, с трупа своего врага он взял только его меч, позволив своим подчиненным забрать себе все остальное. Такой подвиг был невозможен даже для великих героев СС прошлого, одним взмахом своего меча повергавшим наземь сотни врагов.

Прав был мой обожаемый отец, который, как и все мужчины рода де Мезьер до него, говорил, что из всех народов русские больше всего близки нам по духу и жизненной силе. Если до того момента я все еще пребывала в сомнениях, как же мне поступить, то теперь мне стало ясно, что судьба неслучайно дала мне выжить (единственной из нескольких сотен воинов СС) лишь для того, чтобы я смогла увидеть чудо и уверовать в него. Воистину верую и пронесу эту веру до конца своей жизни, тем более, что после того, как моя несчастная голова освободилась от присутствия херра Тойфеля, в нее уже проникло немало интересных и бунтарских мыслей, родившихся в результате общения с фройляйн Анной, фройляйн Никой и пастором Александром, самым умным и сведущим человеком в этой компании.

Кроме того, я вспоминала разговоры с отцом, говорившим, что его роль как великого госпитальера Ордена все больше и больше сводится к обычной профанации, ибо херру Тойфелю скорее угодна смерть наших кнехтов и даже офицеров, чем их благополучное выздоровление. Нет! Херр Тойфель есть величайшее зло – решила я, после того как почувствовала себя полностью свободной от его влияния; и если народ тевтонов погибнет, то только из-за поклонения этому Князю Тьмы и Обмана, для которого нет большего удовольствия, чем гибель его последователей.

А потом я собственными глазами увидела посвящение фройляйн Ники, ставшей из простого кнехта могущественнейшим магом огня, и стала свидетелем того, сколько мощи смог привлечь для этого юный русский маг, которому удалось подчинить себе даже капризных и лживых местных богинь красоты и разврата. И теперь эти сучки, для которых нет большего удовольствия, чем обмануть честного тевтона или тевтонку, делали все, что им приказывали русские – настолько, наверное, их напугала гибель их лучшего бойца. Как я понимаю, гауптман Серегин содержит их у себя как почетных пленниц или заложниц, дабы гарантировать приличное поведение остальной их семейки.

На всю жизнь мне запомнится тот гудящий от перенапряжения магический смерч, чья вершина уходила далеко в небеса, который юная богиня подросткового разврата раскрутила с помощью своих подопечных, чтобы направить весь этот поток юному магу Дмитрию для того, чтобы тот вложил его в фройляйн Нику. Если бы в меня вкачали столько силы, я бы, наверное, лопнула как переполненный бычий пузырь, а она все принимала и принимала в себя этот поток, и казалось, тому не было ни конца ни края.