Статья «Царь должен спасти Россию от генерала» вызвала гнев монархистов. В наш адрес прозвучали стандартные обвинения: наемники коммунистов, поехала крыша… Мы получили письмо от князя Николая Романова. Публикуем его полностью.

4 февраля 1997 г. Александру Минкину, Москва.

Многоуважаемый г-н корреспондент! Не зная вашего отчества, приходится мне невольно так к вам обратиться.

С начала года европейская и американская пресса начали интересоваться планами Кремля по реставрации монархии Романовых.

Большинство газет обратились ко мне как к старейшему в роде Романовых и главе семьи, спрашивая меня высказать мое мнение о каком-то «секретном указе», выдвигавшем как претендента на «российский престол» юношу, которого называют «Георгием Михайловичем» и «великим князем», который сын принца Франца Вильгельма Прусского и, значит, принадлежащего дому Гогенцоллернов, а не дому Романовых.

После множества выступлений мне пришлось предать гласности заявление, особенно для английской и американской печати. Перевод на русский я сейчас изготавливаю и, если вы это пожелаете, я вам пошлю.

Еженедельник “L’Hebdo” публиковал вашу статью (шведский журнал перевел на французский и опубликовал «Царь должен спасти Россию от генерала». – Ред.).

Прочел ее с интересом и нашел количество (массу. – Ред.) интересных соображений о настроении теперешних россиян.

Тем не менее не могу не сделать две заметки по поводу двух ваших фраз.

1. Вы пишете, что у последнего царя была лишь 1/128 русской крови.

Что Николай II был и думал как чисто русский человек, несомненно. Можно добавить, что у всех представителей королевских домов Европы были лишь доли крови их самого известного предка.

Принц Уэльский имеет лишь 1/128 крови королевы Виктории, но кто осмелится его не считать англичанином? У Бурбонов менее 1/1024 крови Людовика XIV и т. д.

2. Вы себя спрашиваете, кто же нынешние Романовы?

Нас мало кто знает, это правда, но мы себя не выдвигаем как какой-то товар, напоказ, через небезынтересованных (небескорыстных. – Ред.) «бизнесменов». Не выдвигаем себя и никогда не выдвигали. Но мы, Романовы моего поколения, самые русские Романовы со времен Петра Великого.

Моя мать была графиня Шереметева, и таковым образом я и мой младший брат Димитрий наполовину русские. И даже на три четверти славяне, если помнить, что наша бабушка была черногорка. То же можно сказать и о других Романовых моего поколения. Большинство их на 50 % русские, так как их матери были княжны Голицыны, Мещерские, Палей или графини Воронцовы и Голенищевы-Кутузовы. Их прадед был Александр III. Поищите и не найдете такой русскости у «Георгия Гогенцоллерна».

Себя мы не выдвигаем, но действуем по нашей возможности в пользу россиян через нами основанный «Фонд Романовых для России», которым управляет мой брат Димитрий.

Наше желание – быть полезными России, а не пользоваться Россией.

Хотя мы родились уже вне пределов России, мы всегда были русские и всегда таковыми останемся.

Шлю вам искренний привет.

К своему письму князь Николай приложил отчет «Фонда Романовых для России», в котором перечислены конкретные дела: каникулы шестисот восьмидесяти чернобыльских детей в Дании, подаренное медицинское оборудование, обучение врачей-онкологов…

…Меньше всего мы ожидали, что с нашей весьма резкой статьей согласится глава дома Романовых. Письмо написано безусловно умным, благородным и добрым человеком.

Жаль, что такие люди – независимо от того, Романовы они или нет, – не хотят управлять Россией.

Я люблю, когда тарелки очень большие

4 августа 1997, «Новая газета»

Вышла книга Бориса Немцова «Провинциал»

Ниже вы прочтете запись разговора первого вице-премьера правительства России Бориса Немцова с бизнесменом Сергеем Лисовским[132]. Немцов требует сто тысяч долларов «за книгу».

Для провинциала Немцова, должно быть, это неприятный сюрприз. Он еще не привык, что в Москве нельзя ни перезваниваться, ни переписываться.

Задетые лица, конечно, возмутятся. Их аргументы известны заранее: а) разговор подслушан незаконно; б) это вторжение в частную жизнь.

Задетые лица подключат дружественную прессу, представителей творческой интеллигенции; популярные артисты эстрады и кино с брезгливым видом заговорят о грязной журналистике…