Читаем Преступники-сыщики полностью

— Ваша дочь? Ваша дочь завтра утром отправляется в Аргентину с неким мистером Гордоном, тем же путём, что и дочери других родителей.

Левенгру тупо посмотрел на говорившего, сделал шаг вперёд и без чувств повалился на пол.

Прошло шестнадцать дней.

Каждое утро к мистеру, Левенгру приходил человек в маске и невозмутимо описывал быт и нравы некоего заведения в Буэнос-Айресе — будущей резиденции Валерии.

Ему даже показывали фотографию некоего садиста, управляющего этим адским притоном.

— Негодяи! — орал Левенгру, порываясь броситься на своих мучителей, но всякий раз чья-то сильная рука валила его на кровать.

— Вы зря обвиняете Гордона, — насмешливо говорил незнакомец, — ведь ему, бедняге, тоже надо как-то зарабатывать на жизнь. Он ведь всего лишь агент хозяина притона.

На восемнадцатый день, утром, они вошли к нему, все трое в масках, и радостно сообщили, что Валерия благополучно прибыла к месту назначения и приступила к исполнению своих обязанностей в притоне.

Юлий Левенгру провёл всю ночь в одном из углов своей тюрьмы, дрожа от ужаса. Следующей ночью, часа в три, они вошли к нему и, приготовив шприц, сделали ему укол…

Проснувшись, он принял всё минувшее за кошмарный сон, так как обнаружил себя на диване в собственной гостиной.

Вошедший слуга, увидев его, уронил поднос.

— Боже праведный! Вы откуда, сэр?

Левенгру не смог произнести ни слова, он только кивнул головой.

— А мы-то знали, что вы в Германии, сэр!

— Что… нового… мисс Валерия? — спросил Юлий хриплым голосом.

— Мисс Валерия, сэр? — удивленно переспросил слуга. — Она у себя наверху… В ту ночь, когда вы спешно уехали, она сильно волновалась, но получив ваше письмо, сразу успокоилась.

Мистер Левенгру с трудом поднялся с дивана и подошёл к зеркалу. Волосы и борода его стали совершенно седыми.

Шатаясь, дотащился он до своего письменного стола и вынул из ящика пачку телеграфных бланков.

— Вызовите посыльного, — голос его был хриплым и дребезжащим. — Я намерен послать в Южную Америку двадцать три телеграммы.

Пойккерт ввёл в комнату человека лет шестидесяти. Бравая выправка выдавала в нём бывшего военного.

— Отставной генерал, — подумал Манфред.

От его внимания не ускользнула и плохо скрываемая озабоченность визитёра.

— Фоол, генерал-майор Карл Фоол, — представился он, когда Пойккерт предложил ему стул.

— И вы пришли по делу мистера Бонзера Трю, — сказал Манфред. — Изумление генерала заставило его рассмеяться. — Вы участвовали в одном из его предприятий и потеряли значительную сумму денег. Если не ошибаюсь, это была нефть?

— Олово, — возразил генерал. — Нигерское олово. Но откуда вы знаете о моём несчастье?

— Я знаю об очень многих людях, обанкротившихся из-за мистера Трю.

Собеседник вздохнул.

— Двадцать пять тысяч фунтов, — сказал он, — всё моё состояние. Я наводил справки в полиции, но мне ответили, что ничего нельзя сделать. Оловянные копи, как и письма мистера Трю, были подлинными.

— Он неглуп, — заметил Манфред.

— Мне это дело с самого начала казалось несколько подозрительным. Он пригласил меня пообедать с ним в гостинице «Уоклей». За обедом он сообщил о колоссальных залежах олова и уверял меня, что мои капиталы удвоятся в течение полугода. Я не стал бы гнаться за лёгкой наживой, — продолжал Фоол, — но, мистер Манфред, у меня есть дочь, будущее которой я хотел обеспечить. А вместо этого я разорён, разорён окончательно! Неужели же нельзя ничего предпринять?

Манфред ответил не сразу.

— Вы, генерал, уже двенадцатый человек, приходящий к нам с этим вопросом. Мистер Трю так ловко прикрылся ширмами правосудия, что уличить его просто невозможно. Кто познакомил вас с этим джентльменом?

— Миссис Колфорд Крин. Я впервые встретился с этой дамой на обеде у нашего общего знакомого, и она пригласила меня на один из приёмов…

Манфреда это нисколько не удивило.

— Боюсь много обещать вам, — сказал он. — Попрошу только об одном: не теряйте связь со мной.

Генерал сообщил свой адрес и откланялся.

Пойккерт, вернувшись из прихожей, задумчиво сказал:

— Джордж, мне порядком надоел этот мистер Трю. Сегодня утром Леон говорил, что в Новом Лесу есть глубокий пруд, на дне которого человек, закованный в цепи, мог бы пролежать необнаруженный целый век. И вот я подумал…

Джордж Манфред весело рассмеялся.

— Это очень мило, но попробуем обойтись другими средствами, хотя мистер Трю давно заслужил…

При обсуждении этой проблемы за обедом Гонзалес также не смог предложить ничего конкретного.

— Любопытнее всего то, что у Трю нет никаких капиталов в Англии, — сказал он. — Так, два-три остаточных счёта в банках, скорее для прикрытия. Я следил за ним в течение года. Он никуда не выезжает, но его скромную квартирку в Уэстминстере я обыскивал столько раз, что мог бы ходить по ней с завязанными глазами.

…Это было весной 1925 года. Тройка не смогла подступиться к этой проблеме, пока не стало известно о таинственном исчезновении некоей Маргариты Лейн, служившей прислугой у миссис Колфорд Крин.