Читаем Преследование полностью

— Я — мисс Грейстоун, экономка. — Она ни за что не призналась бы, что пару часов назад вышла замуж за Саймона. В этом случае могло возникнуть много вопросов и в конечном счете вскрыться правда о его бегстве из города. — Боюсь, лорда Гренвилла нет дома, но мы ожидаем его к ужину.

Полицейский поклонился:

— Я — капитан Джонсон, мисс Грейстоун. Я могу поговорить с вами с глазу на глаз?

Амелия кивнула.

— Это моя сестра, графиня Бедфордская. Не возражаете, если она присоединится к нам?

Молодой белокурый полицейский сразу оживился. Еще бы: подобные семейные связи казались весьма необычными для простой экономки.

— Конечно нет, — ответил он.

Амелия провела капитана и Джулианну все в ту же гостиную. Закрыв за ними обе двери, она обернулась к полицейскому и еще раз улыбнулась:

— Чем могу быть полезной, сэр?

Полицейский достал из кармана скатанный в трубочку документ, перевязанный темной бархатной лентой.

— Мисс Грейстоун, у меня ордер на арест лорда Гренвилла.

Амелия ахнула, старательно изобразив изумление. Внутри ее все оцепенело от ужаса.

— Я могу взглянуть на документ, сэр?

— Разумеется. — Полицейский развязал ленту, развернул лист и вручил ей.

Амелия посмотрела на бумагу. Прочитать написанное на странице было трудно: слезы застилали глаза. Она почувствовала, как сестра подошла к ней и встала рядом.

— Это — ордер на арест, — пояснила Джулианна. — Саймона обвиняют в государственной измене.

Амелия сделала глубокий вдох.

— Это вздор, сэр.

— Мне очень жаль сообщать вам подобные новости, — сказал капитан Джонсон. — Но я просто следую приказу, мисс Грейстоун. И мне приказали арестовать его светлость сегодня же вечером.

— Понимаю, — вымученно произнесла она, представляя, как глупо выгладит сейчас со стороны.

— Где мне и моим людям будет удобнее подождать возвращения лорда Гренвилла?

— Вы можете подождать его здесь, — ответила Амелия.

— Что вы думаете об этом, синьор Барелли? — нетерпеливо спросила Амелия.

С момента визита полицейских прошла неделя. Утром Амелия стояла в классной комнате, уперев руки в бедра, пока учитель читал ее заметки. Она провела почти всю неделю, пересматривая учебный план мальчиков. Уильям любил иностранные языки и весьма преуспевал в них. Ему следовало уделять этому предмету больше времени — и меньше заниматься математикой, которую он ненавидел всеми фибрами души и от которой всячески отлынивал. Джон обожал естественные науки, ему было интересно все — от видов насекомых до траектории движения мяча и расположения звезд. А если так, то почему бы не познакомить его с вводным курсом биологии? Или астрономии?

— Думаю, что это — в высшей степени… м-м-м… необычное расписание занятий, мисс Грейстоун, — сказал учитель. — Мистер Уильям с большой натяжкой получил удовлетворительную оценку за свою последнюю контрольную работу по арифметике. Ему нужно уделять больше времени математике и меньше — французскому, итальянскому, немецкому языкам и латыни. Он уже превосходно владеет иностранными языками. И зачем добавлять в учебный план изучение русского языка?

— Уильям сам спросил меня, может ли он приступить к изучению русского языка, да и текущая политическая ситуация складывается так, что русские наверняка будут играть важную роль в мировой истории. Так почему бы не позволить Уильяму изучать этот язык? — твердо сказала Амелия, но потом улыбнулась. — Я почти не сомневаюсь в том, что, будь его светлость дома, он позволил бы мне пересмотреть занятия мальчиков по своему вкусу.

Отложив в сторону ее замечания, синьор Барелли встал, и в его взгляде отразилось сочувствие.

— Вы позволите мне спросить, мисс Грейстоун? Известно ли что-нибудь о его светлости?

Сердце Амелии наполняло горе, которое так и не смогло окончательно рассеяться. Она просто не нашла в себе сил скрыть тот факт, что был выдан ордер на арест Гренвилла. Когда представители власти явились в дом, чтобы арестовать Саймона, и не обнаружили его, капитан Джонсон решил подождать его возвращения. Отсутствие хозяина не вызвало у него недоумения. Но когда Саймон так и не вернулся, капитан настоял на том, чтобы досконально обыскать весь дом. Поиски заняли два с половиной часа и переполошили весь дом.

Уильям и Джон хотели знать, почему в доме оказались полицейские. Амелия слыла рьяной сторонницей правды, но только не в данных обстоятельствах. Она рассказала мальчикам, что полицейские искали их отца, но это лишь ужасное недоразумение, которое она уже пытается разрешить.

Ей удалось утаить от мальчиков всю правду. Уильям спросил, о чем полицейские хотели поговорить с его отцом, и Амелия ответила, что они считали, будто тот располагает важной информацией о войне. Она не хотела, чтобы дети волновались, и сделала все возможное, чтобы преуменьшить серьезность дела. Теперь оба мальчика были убеждены в том, что эта неприятная ситуация скоро уладится. Но обманывать остальных обитателей дома было невозможно.