— Да, ничего особенного. Кстати, ты помнишь того парня из бара, правда?

Она кивает.

— Мы тусовались вместе. И я думаю, можно сказать, что мы встречаемся. Он, правда, классный, и, кстати, не сбежал, когда увидел Грейсона. Представляешь, я заснула на диване, а он в это время не спал, и присматривал за Грейсоном. Мне нравится, когда он рядом, я и не ощущаю никакого давления с его стороны.

— Ты спишь с ним?

— Нет, - признаюсь я. — Он поцеловал меня на прощанье, но это был невинный поцелуй.

— Ты что-нибудь почувствовала?

Я задумываюсь над тем, что ответить ей, вспоминая поцелуй. Он был такой легкий и нежный, но мир не перевернулся. Я не испытала того чувства, которое обычно появляется, когда я целую кого-то еще. Беру свои слова обратно. Когда я целую Айдена, время останавливается, ощущение, словно мы остаемся вдвоем в целом мире. Время замирает, и мое сердце колотится, как бешеное, когда я чувствую, как его язык осуществляет танец с моим языком. Только Айден способен вызвать чувство, от которого шелковистый жар разгорается между моих ног

Не с Генри.

Не с Эриком.

Неужели я обречена чувствовать это только с Айденом?

Но мне хочется общаться с Эриком и проводить с ним время. Я ловлю себя на том, что Эрик все чаще появляется в моих мыслях. Я время от времени задумываюсь о том, что, интересно, он делает, и что, если он напишет мне?

Может быть, мне удастся узнать его получше, и посмотреть, куда нас все это может привести.

— Как ты думаешь, что я должна сделать? - спрашиваю я.

— Я думаю, что ты должна делать то, что доставит тебе больше счастья. Если ты хочешь двигаться дальше и попытаться построить что-то с Эриком, то сделай это. Но помни, что сердце не обманешь.

— Угу.

Это все, что я смогла выдавить из себя перед тем, как опустила свой бокал вина. 

Глава 13

ШАРП

Я СМОТРЮ, КАК КАМИЛЛА И ГРЕЙСОН выходят, чтобы отправиться к ней домой. Сегодня дождливо, и как только за ними закрывается дверь, дом становится тихим и пустым. В надежде, что когда-нибудь кто-то заполнит эту пустоту в доме, я наливаю себе еще один стакан коньяка из стоящего рядом со мной графина, и направляюсь в кабинет к закрытому шкафу, чтобы достать из него альбом с фотографиями. Откинувшись в кресле, я начинаю разглядывать старые фотографии. Воспоминания накатывают на меня.

Увидев, что звонит Камилла, я тут же поднял трубку телефона.

— Малышка, что случилось?

— Мне нужно, чтобы ты приехал ко мне. Пожалуйста.

Она рыдала в трубку, и я, схватив ключи Дилана, выбежал на улицу.

Я еду к ней на бешеной скорости, и, не доехав до ее дома, замечаю Камиллу, сидящую под деревом. Я резко торможу, бросаю машину на обочине, и бегу к ней, беря ее за руки.

— Детка, поговори со мной. Что случилось?

Она начинает рыдать еще сильнее и вцепляется в меня мертвой хваткой.

— Пожалуйста, не отпускай меня.

Я держу ее крепко в своих объятиях и оглядываюсь по сторонам. Никто не выходит из ее дома, и мне становится интересно, сколько же времени она здесь плачет.

— Твои родители дома?

Она качает головой, я поднимаю ее и отношу в машину. Мы подъезжаем к ее дому, и я, введя код безопасности, проезжаю и паркую машину. Потом, подняв ее на руки, я заношу Камиллу в дом, и мы направляемся в ее комнату. Я опускаю ее на кровать, обнимаю и даю ей время выплакаться.

Я молчу, понимая, что все это, наверняка, из-за родителей, которые прилагают всяческие усилия, чтобы сломать моего ангела. Даже, несмотря на то, что их здесь нет, они будут прилагать все силы, чтобы причинить ей боль и страдания, потому что для них главное, чтобы меня не было рядом с ней.

— Это твоя мама?

Она кивает, и я сжимаю ее крепче в своих объятиях.