Читаем Прекрасная тьма полностью

Мне показалось? Я не успел толком подумать об этом, как Лена оказалась сверху, и все другие мысли тут же улетучились. Я потерял счет времени. Сердце сжалось, и я почувствовал, как учащается мое дыхание. Если мы в ближайшее время не остановимся, я окажусь в реанимации, или того хуже.

Лена.

Я почувствовал резкий укол боли на губе. Я скинул Лену с себя и откатился, ошарашенный. Вскочив на ноги, Лена ринулась прочь от меня в грязь. Ее огромные глаза сияли золотом. Ни намека на зелень. Она тяжело дышала. Я согнулся пополам, пытаясь справиться с одышкой. Каждый нерв во мне горел огнем, вспыхнувшим от одной спички. Лена посмотрела на меня, и я едва смог рассмотреть ее лицо из-за грязи и прилипших волос. Только странное золотое сияние.

— Держись подальше от меня, — сказала она медленно, словно каждое слово шло из неведомых и неприкосновенных глубин ее души.

Линк вышел из воды, вытирая полотенцем торчащие в разные стороны волосы. Он выглядел забавно в тех же пластиковых очках, которые его мама заставляла его надевать, когда он был еще ребенком:

— Я что-то пропустил?

Я коснулся губы, поморщился и посмотрел на свои пальцы. Кровь.

Лена попятилась.

Я могла убить тебя!

Она повернулась и бросилась к деревьям.

— Лена! — Я побежал за ней.

Никому не советую бегать босиком по лесам Южной Каролины. Стояла засуха, и весь берег вокруг озера был усеян сухими иголками кипариса, которые впивались в ноги, словно сотни крошечных ножей. Но я не останавливался. Лену я почти не видел и бежал на звук ломающихся веток.

Отстань от меня!

Тяжелая еловая ветвь закачалась и, оторвавшись от дерева, с треском рухнула всего в паре метров впереди меня. И я услышал, как у меня над головой уже трещит еще одна.

Ли, ты с ума сошла?

Ветки сыпались, падая в нескольких сантиметрах от меня. Достаточно далеко, чтобы задеть, но достаточно близко, чтобы дать понять.

Прекрати!

Не беги за мной, Итан! Оставь меня в покое!

Когда расстояние между нами увеличилось, я побежал еще быстрее. Ветки деревьев и кусты проносились мимо. Лена бежала по лесу, не следуя ни одной тропе. Она направлялась к шоссе. Еще одно дерево рухнуло передо мной, упав горизонтально на стволы других деревьев с обеих сторон от меня. Путь был мгновенно перекрыт. На верхушке поваленного дерева я заметил ястребиное гнездо. Лена, в своем здравом уме, никогда бы не причинила вреда ни одному живому существу. Я приподнял ветки, проверяя разбиты ли яйца.

До меня донесся рев мотоцикла, от которого желудок сжался в комок. Я протиснулся сквозь ветви. Все лицо было исцарапано и кровоточило, но я успел выбраться на дорогу как раз вовремя, чтобы увидеть, как Лена забирается за заднее сиденье Харлея.

Что ты творишь, Ли?

Она на секунду обернулась в мою сторону, и исчезла на шоссе, только волосы черным облаком взметнулись за спиной.

Убирайся отсюда!

Ее бледные руки обнимали байкера с парковки Джексон Хай, проколовшего всем шины.

Мотоцикл. И вот тогда я вспомнил. Он был на одной из Лениных кладбищенских фотографий, той, которая рассыпалась в прах, как только я спросил о ней.

Она бы не запрыгнула на байк какого-то случайного парня.

Если только он не был ей знаком.

И в том момент я не знал, что хуже.

Мы с Линком почти не разговаривали на обратном пути. Нам пришлось ехать в Лениной машине, но я был не в лучшей форме для вождения. Мои ступни были изрезаны, а еще я вывихнул лодыжку, когда перебирался через поваленное дерево.

Линк не возражал. Он был рад сесть за руль фастбэка:

— Друг, эта машина просто крадется по дороге. В этой крошке силы пони, вместо лошадиных, — привычное поклонение Линка фастбэку сегодня раздражало. Голова шла кругом, и мне вовсе не хотелось в сотый раз слушать о Лениной машине.

— Ну, так прибавь газу, чувак. Мы должны ее найти. Она уехала на мотоцикле какого-то парня, — я не стал посвящать Линка в непростые подробности знакомства Лены с этим парнем. Когда она сделала тот снимок Харлея на кладбище? Я со зла стукнул дверь.

Линк не замечал очевидного: Лена от меня сбежала, и было ясно как день, что она не хочет, чтобы ее нашли. Он просто вел, я смотрел в окно с пассажирского сиденья, и сотни маленьких царапин на моем лице горели огнем из-за дувшего в окно горячего ветра.

Уже давно все идет не так. Просто я не хотел этого признавать. Я не мог понять, то ли что-то произошло с нами, то ли это она что-то сделала со мной, то ли я сделал что-то с ней, а может она что-то сделала сама с собой, но все началось с ее дня рождения и со смерти Мэйкона. Может, это все были происки Сарафины?

Все это время я думал, что дело в стадиях скорби. Я вспомнил ее золотые глаза и смех из сна: а что если существовали и другие стадии, стадии чего-то еще? Чего-то сверхъестественного? Чего-то Темного?

А что если это и было тем, чего мы всегда боялись?

Я снова стукнул дверь.