Начнется спор богов, великий, вечный.Юпитер, к бою будь готов.Что победит – любовь иль бессердечье,Покажет череда веков.Надежда в людях не убита… Меркурий, Юнона и Минерва
Он мой раб – человек,И останется им вовек. И небо настежь им открыто.Небо настежь им открыто! Начнется спор богов, великий, вечный.Юпитер, к бою будь готов.Что победит – любовь иль бессердечье,Покажет череда веков. Меня зовёшь на бой великий, вечный.Ну что ж, Венера, я готов.Что победит – любовь иль бессердечье –Покажет длинный ряд веков. Античные музыканты, которые появились в первой сцене с Орестом, расселись, кто где хотел, и непринужденно музицируют. В высшей степени соблазнительная статуя Венеры. Перед алтарем, украшенным эротическими рельефами, стоит Орест. Партенида и Леэна плетут венки. Среди прихожан, главным образом, рабов и простого люда, – Галатея и кузнец Эвфикл.
Украсим локоны цветами, вина нальём.В танце вакхическом шутамиВ Оркус войдём.Нашей жизни срок предельныйВосемь лишь десятков лет.Без веселья и бездельяВ жизни вовсе смысла нет. Входят Менелай и Калхас в сопровождении вооруженной стражи. Наступает тишина.
Менелай. Молчать! (Он пробивается к алтарю и повторяет). Кому говорят, молчать! Приказ божественного Менелая, то есть мой. Все храмы Венеры, как рассадники порока, недовольства и недозволенного скопления народа, закрываются.
Стража начинает выталкивает народ из храма.
Орест. Стоп, ребята. Не дайте себя запугать. Дядюшка не в духе, вот и всё. (Вспрыгивает на алтарь, поёт).
Дань тебе, Венера, платим!Твой огонь – погибель нам!Слышно, как скрипят кроватиИ семья трещит по швам.Но зачем же так некстатиМуж к нам входит по ночам?Ну, рогатый, погоди! Менелай, мой дядя милый,Власть богини ощутил.Ведь ему Парис не хилыйКашу круто заварил.По заслугам получил он –Зря он варежку раскрыл.Эй, рогатый, погоди! Менелай. Я должно кое-что передать вам, принц Орест.
Орест. Опять какую-нибудь несусветную чушь.
Менелай. Да, от имени вашего отца. Видите ли, если вы не согласитесь ограничить ваши отношения с богиней Венерой чисто приватной сферой, то с сегодняшнего дня перестанете получать ваши карманные деньги.
Менелай. Так как же вы думаете поступить?
Орест. Я человек тонкий и чувствительный. Не выношу, когда меня задевают, а потому, разумеется уступаю грубой силе. (Сходит с алтаря.)
Орест. Дитя мое, без ног трудно танцевать, без губ трудно целовать, но и то, и другое легче, чем веселиться с пустым портмоне. (Партениде и Леэне). Пойдемте ко мне домой, куколки, будем непослушными там, где позволено.
Они поспешно и бесславно удаляются. Выполнив деликатную часть своей миссии, Менелай открыто объявляет террор.
Менелай. Вперёд! И не церемоньтесь с этой швалью.
Венере отламывают голову. Народ вытесняют на улицу. Ворота храма заколачивают.
Эвфикл. Благородные господа, нельзя же закрывать священный храм.
Калхас. Если будешь дерзить, закроем заодно и твою пасть.