Поначалу «крепостной порядок» был выгоден и владельцам, и самим крестьянам. Царю Борису Годунову из-за начавшейся смуты пришлось отказаться от введенных чрезвычайных мер («и велел заповедати, что впредь выходом не быти, отказать» [18]), но он опоздал. Многие крестьяне и холопы уже не надеялись на то, чтобы найти нового владельца в голодное время. Годунов вместе с сыном – царевичем Фёдором Борисовичем28 и Боярской думой издали приговор «о холопех» 16 (26) августа 1603 года (все бездомные холопы, прогнанные господами без отпускных, могли явиться в Москву в приказ Холопьего суда и получить там отпускные.https://infourok.ru/statya-vosstanie-hlopka-polozhenie-na-okrainnyh-zemlyah-informacionnye-materialy-i-metodicheskie-ukazaniya-k-uroku-5719061.html) в интересах, отпущенных на волю, но не получивших отпускных документов холопов. В нём в первую очередь была выказана забота о голодающих: «Которые бояре, и дворяне, и приказные люди, и дети боярские, и гости, и всякие служилые, и торговые, и всякие люди холопей своих ссылали з двора, а отпускных им не дали, и крепостей им не выдавали, а велят им кормитца собою, и те их холопи помирают голодом, а иные многие питаютца государевою царёвою и великого князя Бориса Фёдоровича всеа Русии милостиною, а за тем их не примет нихто, что у них отпускных нет». (Указ от 28 ноября 1601 г. о крестьянском выходе Лета…history1-35.ucoz.ru›_fr/11/__28__1601_-__.docx)

Указ предписывал «бояром, и дворяном, и всяким людем» обязательно выдать им «отпускные» и «крепости» и больше их не держать за собою, в надежде вернуть, как только минется голодное время. Если такие, фактически отпущенные на волю («кормиться собою», холопы являлись в Приказ Холопьего суда, то там они могли получить необходимые документы, чтобы уже с ними искать, куда дальше поступить на службу. Важным следствием начавшихся переходов и отпуска на волю крестьян и холопов оказалось то, что большая масса людей занялась попрошайничеством и бродяжничеством. Самые отчаянные полностью отказывались от своих семей и уходили «казаковать» или разбойничать. “Нет худа без добра” земли было много, рук мало. Крестьяне расползались по свободным землям на: север, юг, в степи, на северо-восток, за Уральские горы, в бесконечную Сибирь. Многие из них оставались свободными.

Борис Годунов не мог и предположить, куда выведут введённые им правила заповедных, или урочных, лет и указы о частичном запрещении крестьянского выхода. Он заставил им следовать всех – от первого боярина до последнего крестьянина. Повседневная действительность в итоге скорректировала жизненный уклад.

По Карамзину более последовательными «крепостниками» на деле оказывались не столько крупные, сколько мелкие землевладельцы, постоянно бившие челом о продлении «урочных лет». Часто провинциальный «сынчишка боярский» имел всего две-три крестьянские «души». Или помещик оказывался без поместья или обходился в своем хозяйстве без крестьян. Боярам и московским дворянам, обладавшими более населёнными, экономически развитыми и устойчивыми вотчинами и поместьями, нужны были крестьянские переходы в Юрьев день, чтобы переманить работников крупными ссудами и другими преимуществами. Они-то и добились окончательного утверждения крепостного порядка в Соборном уложении 1649 года29.

В конечном итоге почти все историки сошлись на мнении, что окончательное юридическое закрепление крестьян произошло при царствовании Романовых30.

Боханов31 считает, что прикрепление крестьян к земле и к землевладельцу вводилось постепенно, как прецедентное право. Оно началось до Бориса Годунова и продолжилось после него. Не было никакой торговли крестьянами, то есть полной потери личного крестьянского суверенитета, ни при Иоанне Грозном, ни при Фёдоре Иоанновиче, ни при Борисе Годунове. Земледельцев прикрепляли к земле, чтобы упорядочить сбор податей для гарантирования жизнедеятельности вотчин и обеспечить хозяйственное развитие огромных пустынных территорий на Юге и на Востоке страны.

1.3. Быт Средневековой Руси