Вот почему я бесконечно благодарна Митфордам, митфордианству, которое делает жизнь более приятной, хотя и не прячет другую ее сторону. Позвольте еще пример скрытой реальности: после войны Диана страдала от жестоких мигреней, однако это не сказывалось ни на ее облике, ни на ее спокойной сдержанности. Можно считать это метафорой отношений с внутренними бурями. Немалую цену приходилось платить за принадлежность к такому секстету. В 1971 году Нэнси сказала в интервью, что сестры служили друг другу защитой “от жестокости жизни”, на что Джессика, которая еще в 1944 году в похвалу своей дочери заметила: “В ней нет и следа Митфордов”, возразила: самое жестокое в жизни – сами сестры, “и особенно Нэнси”. Семейная динамика – типичная драма женского соперничества, с постоянными, на протяжении всей жизни, сменами конфигураций. Поначалу Нэнси ревновала к Пэм, позднее – к Диане, Джессика завидовала Деборе, Юнити находилась под обаянием Дианы, Нэнси заключила недоверчивый союз с Джессикой, Диана критиковала Нэнси – и так далее, до самой смерти. Но в целом, за одним существенным исключением, эти запутанные семейные узы не разрывались. Сестры часто встречались, большую часть жизни переписывались, но в восьмидесятые годы, когда наружу вышли некоторые секреты, – в частности, то, что Нэнси писала одной сестре насчет другой, уповая, что эти строки никогда не попадутся на глаза той, кого они обсуждали, – вся семейная структура вновь пошатнулась.

Или вот еще. В письме, адресованном Деборе в 1989 году, после предварительного интервью для “Дисков необитаемого острова”, Диана высказала мнение, что – вопреки энтузиазму восторженной девицы, явившейся к ней с радио за интервью, – ничего особенного в сестрах не было, за исключением только Юнити. “Конечно, Пташка была оригинальна в высшей степени, но мы, все остальные, – ничуточки”. Весь феномен создан и раздут газетами, решила она.

Ревизионистский подход к Митфордам стал бы попыткой рационально объяснить их тайну Можно, к примеру, рассматривать их как типичную семью высшего класса, в которой выросло множество дочерей, причем половина из них заинтересовалась экстремистскими, но крайне модными идеологиями. Вот и все? Да, для тех, кто отвергает миф о Митфордах, на этом и точка. За скобками остаются талант Нэнси и ее неумирающие книги, умение Деборы сохранять национальное достояние Чэтсуорт-хауса и мгновенно очаровывать таких мужчин, как Джон Кеннеди, беспощадный политический пыл Джессики, Дианы и бедняги Юнити, “оригинальной Пташки”. Даже невероятное разнообразие их знакомств – Уинстон Черчилль, Джон Кеннеди, Йозеф Геббельс, Ивлин Во, Адольф Гитлер, Люсьен Фрейд, Литтон Стрейчи, Майя Энджелоу, фельдмаршал Монтгомери… можно сколько угодно продолжать – свидетельствует о таких связях со своей эпохой, что они уже сами по себе имеют огромное значение.

Неча спорить!

Часть I

1

Опубликованное в 1955 году эссе Нэнси “Английская аристократия” запомнилось главным образом благодаря делению на “В” и “не-В”, хотя на самом деле гораздо интереснее и глубже другая часть эссе, размышление о характере английского аристократа. Так, о воображаемом лорде Фортинбрасе автор сообщает, что из-за полного неумения обращаться с деньгами и поместьями “он заслуживал разорения и разорился”. Она вполне могла подразумевать собственного отца, второго лорда Ридсдейла.

“Вы как раз достигли энергичного возраста двенадцати лет, – писал Ивлин Во в «Открытом письме» в ответ на эссе Нэнси, – когда ваш отец унаследовал титул, и еще за год до того вероятность, что он когда-либо станет пэром, казалась ничтожной… Если бы ваш дядя не погиб в бою, если бы родившийся после его смерти ребенок не оказался девочкой, всех вас, чудесных деток, увезли бы на ранчо в Канаду или овцеводческую ферму в Новой Зеландии. Заманчиво было бы пофантазировать, как бы сложилась ваша жизнь в таком случае”.

Разумеется, Во поддразнивал свою корреспондентку, но писал он правду. Дэвид Митфорд унаследовал титул после смерти своего старшего брата Климента, чья жена через несколько месяцев после гибели мужа родила дочь. Лишь этот поворот судьбы наделил девочек Митфорд титулом “достопочтенных”. Иными словами, Во намекает, что роль описателя высшего класса взяла на себя отнюдь не самая знатная его представительница. И поскольку сам Во был всю жизнь заворожен той же темой, на социальный статус своего доброго друга Нэнси он взирал со смесью восторга, зависти и пристальной критики. Но и он не мог сбросить со счетов факт, существенный для них обоих, – древность семейства Митфорд. Знатность в романах середины XX века нередко обозначалась словами “такие-то прибыли в Англию с Вильгельмом Завоевателем”, однако Митфорды обосновались на острове задолго до того и учили отличиям В от не-В еще англосаксов.