Читаем Предел прочности (СИ) полностью

Столовая в тюрьме — самая светлая комната. С двух сторон здесь есть панорамные, заляпанные окна, которые все равно днем пропускают яркий солнечный свет, красиво играющий своими лучами на посуде. На них нет решеток, но стекла в них бронированы: массы тела просто не хватит, чтобы пробить их, даже если ты весишь центнер. Разбивать окна стулом тоже не вариант — попытки уже были, и после них нам поставили скамейки, прикрученные к полу. Даже если ты везунчик по жизни и все обстоятельства играют тебе на руку, снаружи всегда стоят вооруженные маршалы, которые только и ждут сигнал для открытия огня. Эти придурки вечно ищут повод, чтобы застрелить нас на хер. Если бы не существовало подобия гуманности, нас бы убили здесь в первые сутки. Ну, сказать честно, мы бы тоже не остались в стороне и наверное напали бы первыми.

Солнечный свет и белая мебель для любого человека создают иллюзию чистоты и комфорта, призывая тело расслабиться, а разум ослабить бдительность. На меня все это психологическое дерьмо не действует. Я прекрасно знаю, что тарелка и кружка из дешевого материала, который гнется во все стороны, могут стать отличным оружием. Нам не дают вилки и ножи, но даже ложки, которая практически ничего не весит, достаточно, чтобы перерезать тебе глотку или оставить без глаза. Я лично украл отсюда уже, кажется, половину, и заточил их под оружие.

Сегодня на ужин тушеная капуста, кусок белого хлеба и чай земельного цвета, по вкусу напоминающий воду из лужи. Еда здесь дерьмовая, надеюсь нам хотя бы не плюют в тарелки, но другого выбора нет. Либо ты ешь это, либо умрешь от голода.

Я поддерживаю свою форму в лучшем виде — необходимость, потому что каждый второй только и мечтает перерезать твою глотку. Я научился не жевать пищу, а просто проглатывать ее, чтобы заполнить желудок и скорее покончить с этим. Любые передачки строго запрещены, но Педро иногда приносит нам еду из наших же ресторанов, которую мы съедаем за секунды.

Я проглотил очередной пресный комок и чувствовал, как он тяжелым грузом оседает в моем желудке. Мои мысли наконец-то собрались в единый план, который не включал в себя отрубленные головы. Я придвинулся ближе к Марко, который сидел слева от меня и тоже давился пластилиновой капустой.

— Нужно, чтобы они были внутри здания во время нападения наших, — прошептал я, не размыкая губ.

Он заправил за уши свои русые волосы, доходящие до подбородка, и еле заметно кивнул. Я снова смотрел в свою полупустую тарелку, прикидывая собственные варианты развития событий.

На выходе из столовой я поймал взгляд нашей Тени — низкого и щуплого парня, который является ушами и глазами. Он подмигнул мне и на языке жестов показал одно единственные слово: фото. Я два раза моргнул, обозначая свое понимание. В моей груди проснулось непонятное мне чувство, похожее на предвкушение. Я слегка тряхнул головой, избавляясь от него.

Я не привык испытывать волнующие эмоции, я забыл какого это. После убийства, за которое я и попал в тюрьму, что-то внутри меня отключилось. Иногда сквозь броню чувства все-таки пытаются пробиться, словно показывая мне, что я живой человек, но я упорно игнорирую их и заталкиваю обратно в самую бездну. Чувства и эмоции — слабость, а я хочу забыть это слово навсегда.

В камере Дон и Адриан осматривали карту нашего города, думая где лучше провести передачу оружия. Они отмечали многие места, сразу же помечая близлежащие пригороды и не исключали любые исходы событий. Если эта сделка сорвется, в Трэйси приедет Дон Итальянцев и будет настоящая война. Мы можем ее отстоять, но к ним скорее всего присоединится Нуэстра, что нам точно не нужно. Важно провести эту сделку, даже если мы потеряем своих людей.

Я сел на койку и поставил локти на колени, размышляя. Незаметно для себя я вновь стал кусать свои губы и щеки изнутри, высасывая кровь из ран. Солоноватый привкус успокаивал и освежал лучше холодной воды. Мой мозг будто бы смог перезарядиться от этого действия.

— Нам нужно позвонить в офис, чтобы задержать их внутри, — сказал я, вставая с койки и идя к двери, — будем нести всякую хрень и давить на них, пока наши будут устраивать сюрприз.

— Подожди, подожди, ты уверен, что сейчас нужно это делать? Мы же подставимся, — сказал Адриан, вскакивая и красноречиво ведя взглядом в сторону моей койки.

— А мы будем звонить не из аппаратной, — я подошел к двери и ударил по ней три раза с небольшими перерывами, — помните я рассказывал, что можно шифровать сеть? Так вот, мы с ними поиграем.

— Я чувствую запах крови, — сказал Адриан, прыгая на пятках и разминая шею.