Читаем Предел бесконечности полностью

Струя огня обрушилась на «аквариум». Глеба обдало жаром. Шквал чужого страха, страданий и злобы ворвался в душу, затопил мозг и отбросил потерявшее контроль тело на холодный бетонный пол. Внешние звуки утонули в предсмертном протяжном гуле. Голова, казалось, вот-вот лопнет под натиском крови, бьющей в виски. Последним усилием воли Глеб порвал опасный контакт с гибнущим созданием.

В ноздри хлынула ни с чем не сравнимая вонь. Организм, едва освободившийся от инородных чувств, подвергся атаке удушающего запаха горелого мяса. Дыхание перехватило, спазм вывернул желудок наизнанку, в глазах заметались кровавые пятна.

Блики огня скользили по стенам и оскалившемуся в злорадной улыбке белому лицу Филиппа. Мелькнул силуэт женщины. Оглушенный, Глеб с трудом заставил себя сосредоточиться и поймал взглядом точку, откуда смотрела на убитого сына обезумевшая мать. В ее руках застыла бумажная коробка. Не помня себя, парень вскочил на ноги. В голове застряло очевидное — не успеть.

— Будьте вы прокляты! — выкрикнула Аза, занесла над головой коробку и, что было сил, метнула в центр комнаты.

Глеб рванулся наперерез, но поздно. Со звоном разлетелись осколки стекла. Аза вскинула руку. Он четко видел ее пустой кулак, поднятый в яростном проклятии, и первый момент не мог понять, почему Филипп заорал «Стреляйте!», а солдаты, не задумываясь, исполнили команду. Тело женщины затрепетало под свинцовым дождем.

Они решили, что у нее пистолет, — догадался Глеб и застонал от бессилия.

— Вычистите здесь всё, — распорядился доктор Жулавский. — Перекройте! Замуруйте! Чтоб никаких следов!

Он пнул ногой покореженный картон. Захрустели раздавленные пробирки. Затем посыпались ругательства.

Глеб шатаясь вышел из бункера.

— Глебушка, — робко позвала из темноты Тамара и посеменила к брату.

— Не смотри в меня, Тома, — Глеб поспешно отвернулся. — Я слишком много видел плохого. И я ничего не смог сделать…

Заботливые руки потянули его вниз. Он опустился на колени, не поднимая глаз.

— Тома, я не остановил беду.

— Ты не виноват, — девочка погладила длинные спутанные волосы. — Не отчаивайся. У Ориона все хорошо, и Анна верит, что все будет хорошо. Если беда придет, мы ее не испугаемся и остановим вместе.

Глеб приник головой к острому плечу Тамары и заставил себя полностью расслабиться. Девочка нежно обхватила его плечи. Ее «тепло» пылало в темном жутком коридоре факелом надежды.

За стеклянной дверью медицинского блока Глеб увидел Ориона. Он полулежал на кровати с высоко поднятым изголовьем, тщательно перевязанный, бледный в тон подушки, и улыбался. Анна сидела возле и что-то говорила, ласково гладя его по щеке. На экране терминала четко отплясывала ритм яркая зеленая линия. Глеб подавил неуместный вздох и хотел отойти, но Орион призывно помахал ему рукой.

— Глеб, — Анна открыла дверь, — он поправляется! Это чудо! Посмотри на него!

Раненый уверенно сел на койке.

— Я сделал, как ты говорил, — громко сообщил он. — Нашел и уничтожил повреждения. Я поверил природе!

— Молодец.

Глеб прислонился плечом к стене.

— Что произошло? — Орион напрягся.

— Отдыхай пока. Потом разберемся.

Тревога, граничащая с ужасом, сковала Анну с ног до головы. Ей показалось, что она знает ответ. Орион быстро снял манжету, от которой к биометрическим терминалам тянулись провода. Линия на экране взбрыкнула и превратилась в гладкую черту.

— Глеб, что случилось? — он отпустил поручень койки и, чуть пошатываясь, сделал шаг вперед.

Анна поддержала его под руку.

— Аза выпустила джинна из бутылки прежде, чем умерла, — глухо произнес Глеб.

— А Гном? — ахнула девушка.

— По приказу Филиппа его уничтожили.

— Глеб, ты как? — Орион заглянул ему в глаза. — Где Тамара?

— Я уговорил ее остаться в комнате. С ней все в порядке пока.

— Что ты знаешь про «джинна из бутылки»?

— Ничего, — Глеб отвел взгляд. В душе вновь поднималась ледяная пурга отчаяния. — На базе пятьдесят шесть человек! Может быть ничего не произошло, может быть в той проклятой коробке были обычные стекляшки. Может быть вирус, если он вообще существует, окажется нестойким или не распространится по воздуху! Всё — «может быть». А точного ответа нет!

— Успокойся, — рука друга опустилась на плечо. — Вирус пока не объявил нам войну, верно?

Глеб поднял голову. Молодой человек стоял перед ним, расправив плечи. Ни кровь, проступившая сквозь повязку, ни скребущаяся в груди боль, ни слабость с дурманящим головокружением не подорвали его решимости.

— Верно, — Глеб почувствовал, как сам невольно выпрямился. — Вот что, Орион. Распорядись, чтобы солдаты не покидали базу. Заблокируй входы. От Филиппа я ничего не добился по этому поводу. Похоже, он в отключке: сидит в своем кабинете, как истукан, и молчит. Анна…

— Я попробую с ним поговорить, — девушка кивнула и поправила волосы.

— Глеб, надо бы предупредить людей, — предложил Орион.

— О чем? О моих догадках насчет смертоносного вируса? — парень горько усмехнулся. — Нам придется ждать атаки. Но карантин необходимо обеспечить уже сейчас.