Читаем Предчувствие конца полностью

Инструкция предписывала мне прибыть в десять тридцать вечера этого же дня по указанному адресу, забрать груз и доставить его на другой конец города в отделение банка. Точно, бриллианты! Но почему отделение банка выбрано в таком захолустье? В центре города полно банковских хранилищ, а тот филиал, куда мне предстояло доставить груз, располагался едва ли не в лесу…

Вот так и получилось, что я отправилась выполнять задание, которое привело меня на ту самую крышу…

И вот теперь я сидела дома, восстанавливаясь после тяжелого ранения. Как раз вчера мне удалось (с большим трудом, признаюсь честно) отправить тетю в круиз по Волге. Дело в том, что путевка была заказана в турбюро еще в начале марта. Тетя давно мечтала повторить заплыв по великой реке, который она совершила на пароходе «Василий Чапаев» в тысяча девятьсот шестьдесят восьмом году. С тех пор как я живу в Тарасове, я постоянно слышу, какое это было волшебное плавание, какие красивые виды по берегам и как здорово было бы это повторить. И каждый год находится что-то, что мешает тетушке совершить это эпохальное путешествие.

Так что в начале весны этого года я отправилась прямиком в туристическое бюро и заказала две путевки на теплоход. К моему глубокому изумлению, когда я поинтересовалась судьбой теплохода «Василий Чапаев», мне сообщили, что, как только на реке сойдет лед и начнется навигация, он будет готов выйти в очередное плавание.

Видимо, на моем лице что-то такое отразилось, потому что меня немедленно заверили, что теплоход исключительно крепкий и еще лет двадцать спокойно пробегает по Волге. Ведь ходили же после Великой Отечественной по великой реке колесные пароходы, тетя мне рассказывала.

Две путевки я купила не случайно. Мила ни в какую не хотела ехать одна, а у меня не было ни малейшего желания ее сопровождать. Ну разве только в качестве долга. «Посмотрите налево, теперь направо, какие живописные берега, а после завтрака у нас экскурсия в музей, зато после ужина танцы…» Бр-р! Это не для меня.

К тому же я вовсе не собиралась отдыхать — я намеревалась поработать. Так что с тетей должна была поехать ее подружка, милейшая Элиза Францевна. Я знала, что с деньгами у старушки не очень, и позволить себе отнюдь не дешевую путевку Элиза Францевна не может. Так что все будут рады — старушки отправятся в круиз, и я буду проводить время так, как захочу…

Вместо этого я загремела в больницу. И Мила наотрез отказывалась развлекаться, пока ее дорогая и единственная племянница больна.

В последний вечер мы даже немножко покричали друг на друга. Мила — интеллигентнейший человек. Она очень редко повышает голос. Раз уж тетя скандалит, значит, дело серьезное…

— Тетя, я здорова! — орала я, выйдя из терпения.

— Врач велел тебе лежать! А ты все время бегаешь!

— Я не бегаю, а хожу. И, кстати, до пенсии мне еще очень далеко. Так что, если я не хочу, чтобы до конца жизни меня водили под руки, мне надо восстанавливать форму, а значит, тренироваться! Со мной все нормально, Мила! А твоя забота и здорового в могилу сведет! Извини за прямоту, конечно…

— Женя! — Мила схватилась за сердце, но я видела, что цвет лица у тети нормальный. Это был такой неспортивный прием.

— Мила, как не стыдно! — грустно проговорила я и ушла в свою комнату.

Через пять минут в дверь поскреблись.

— Войдите! — сказала я официальным тоном.

— Если ты так хочешь, я поеду в этот дурацкий круиз с Элизой Францевной. Женечка, прости меня, я больше так не буду! — просительно протянула тетя, и мы обе расхохотались.

Потом мы отправились в кухню отпраздновать наше примирение чаем с плюшками, а утром я вызвала такси, которое отвезло старушек-путешественниц на причал. Конечно, мне следовало самой проследить, все ли нормально у Милы, посадить ее на теплоход, проводить до каюты… Но в моем нынешнем состоянии я не могу поднять чемодан без того, чтобы меня не скрючило. А проделывать такие фокусы на глазах у почтеннейшей публики как-то не хочется. Поэтому я украдкой сунула денег шоферу, чтобы он проводил старушек. Думаю, остаток пути до Астрахани Мила и Элиза Францевна будут обсуждать тему: вот, остались еще на свете бескорыстные молодые люди…

А я осталась сидеть на диване в непривычно пустой квартире и анализировать то, что со мной произошло. Миновала уже целая неделя после того, как наш буйный сосед исчез в неизвестном направлении. Мои ссадины успели зажить, да и раны на самолюбии тоже успели затянуться. Но далеко не все…

Когда я вышла из больницы, город был поделен между моими конкурентами. Конечно, ведущее положение в нем занимала Дина. Признаю, по праву. Но и другие постарались. Те, кто когда-то кормился крошками с моего стола, кому я подкидывала заказы, за которые не хотела браться по причине предельной загруженности, быстренько поделили рынок, пользуясь моим нетрудоспособным состоянием.