Читаем Предательства полностью

— Дать ей умереть от переохлаждения? Чудесная мысль. Боже, ну и ослы же вы. — Полы плаща Грейвса хлопали на ветру. — Да посмотри на нее, черт побери. Губы синие, вся в грязи. Может, она ранена! А тебе наплевать? Неудивительно, что у вас в Школе нет ни одной девчонки!

Я не понимала, как это относится к произошедшему, только икнула и снова истерично захохотала. Я все время осматривалась по сторонам и каждый раз вздрагивала, увидев белые пятна лунного света.

Глаза Дилана светились в темноте.

— Заткнись, щенок. То, что ты крут среди своих, не дает тебе права…

Во мне снова разросся горячий комок ярости. Все-таки странное ощущение. Но я была рада этому теплу — пусть хоть что-то развеет мое паническое оцепенение.

— Дилан, — услышала я свой голос в промежутке между хихиканьем и кашлем. — Еще раз так его назовешь, я тебе все зубы выбью.

Как хорошо, что я все-таки могла держаться на ногах, хотя они совсем промокли и закоченели.

— Грейвс… — И слова потонули в приступе изнуряющего кашля — нос и рот были забиты грязью.

— Не волнуйся, малышка, — прошептал Грейвс. Он крепко держал меня за плечо, прижимая к своему большому теплому телу. Здешняя еда явно шла ему на пользу. Или я просто ощущала себя чересчур маленькой, что нечасто со мной случается. Боже…

Да, я маленькая. И слабая. И мне очень-очень страшно.

Дилан покачал головой, словно я ничего и не говорила.

— Почему ты убежала из Школы, Дрю?

Потому что меня собирались убить. Когда появляется бабушкина сова, я бегу за ней. Проще простого.

Но я слишком устала, чтобы что-нибудь объяснять.

На вершине холма толпились темные фигуры. Кто-то догадался захватить фонари — золотые лучи пронизывали тьму. В общем-то, пользы от них никакой. Вервольфы и вампиры после заката видят гораздо лучше, чем обычный человек. Но от света фонарей стало так уютно, что я всхлипнула. Уже не надо было думать про ужасный туман и лунные блики, играющие на шкуре волка. Грейвс крепче прижал меня к себе.

— Все хорошо, — крикнул он. — Мы ее нашли.

Дилан выругался. Темные фигуры стали спускаться к нам. Вервольфы бежали впереди, на ходу то обрастая шерстью, то снова принимая человеческий облик, и я снова подавила испуганный возглас. Никак не привыкну к их перевоплощениям, когда хрустят кости, разрастается плоть и шерсть покрывает все тело…

Угу… Зачастую и завтрак просится наружу, даже если у вас его не было. И даже если вы привыкли ко всему «очень странному».

— Черт возьми. — Дилан сделал резкое движение и сердито зашептал: — Я не смогу тебе помочь, если ты мне всего не расскажешь, Дрю.

Щас. Ты мне не поможешь, даже если я тебе все расскажу. К тому же, мне слов не хватит.

У меня болела голова, мозг взрывался. Я замерзла и не могла нормально идти. Кашель не прекращался. Да и хохот тоже — где-то между хрипами. Грейвс тащил меня по дорожке, вервольфы окружили нас со всех сторон — мохнатые, с горящими глазами. Они сновали вокруг, хлопали Грейвса по плечу. От волнения многие из них то обрастали шерстью и прыгали на четырех лапах, то снова возвращались и человеческий облик. После пережитого ужаса и лесной тишины внезапный гул голосов показался слишком громким.

— Что с ней?

— Ранена?

— Дрю? — Дибс сделал шаг вперед, но тут же был оттеснен толпой. Он успел дотронуться теплой рукой до моего запястья. Я снова поперхнулась.

— Как она?

Позади вервольфов гурьбой подбежали дампиры. Ирвинг был бледен. Кудри подпрыгивали и светились — он тоже то и дело менял ипостась. Дампиры стали задавать вопросы, но Грейвс просто тащил меня через толпу; волки не отставали. Скоро мы добрались до восточного входа в Школу.

Двери были выбиты, сломанные доски валялись на ступеньках. Я вздрогнула. Я этого не делала!

Наверное, это тот, кто бежал за мной следом. И снова бабушкина сова увела меня от опасности. Или же подвергла ей, это как посмотреть.

И опять, о, господи, в памяти всплывает картинка: сова сидит на подоконнике в тот день, когда я видела папу в последний раз.

Я закашлялась всерьез. Не хочу об этом думать. Уж лучше разорву кашлем все легкие.

В коридоре, по которому я бежала, был полный беспорядок. Палас разорван и забрызган черной дымящейся вампирьей кровью, деревянные панели на стенах разбиты, из трещин немым уроком взирало более светлое дерево.

— Э… мм… — пыталась я выразить свое отчаяние, но Грейвс быстро шагал дальше, стальной рукой сжимая мне плечо. Мои ноги большую часть пути просто волочились по полу. Грейвс, тихо зарычав, оттеснил плечом нескольких ребят.

Я потихоньку начинала понимать, что в лесу было две группы кровососов. Первая ворвалась в Школу рядом с часовней — тренировочным залом — и наделала много шуму. А вторая — трое «охотников» — тихо пробралась в западное крыло, где вечером у меня было первое занятие. Наверное, это я от них убежала.