Не помню, называл ли я им свои имя, но местные частные школы – одна сплошная деревня. Никому не сохранить анонимность.

– Я слышала, будет продолжение вечеринки, если тебе интересно, – говорит она, подходя еще ближе. – Можешь поехать с нами.

– Вы же из одиннадцатого, так? – спрашиваю я. Не то чтобы мне было какое-то дело, но не очень-то хочется быть единственным двенадцатиклассником[6] и чувствовать себя старым дедом посреди толпы девчонок из католической школы, пытающихся быть развратнее одна другой прямо за домом священника.

– Да, и что?

Надо отдать ей должное, «да, и что?» – это отличный ответ. Я бы даже сказал, это мой девиз. Наверное, только из-за ее уверенности я и говорю:

– Может быть, в другой раз.

– Хорошо. – Она заманчиво улыбается, сверкая идеально белыми зубками. А потом берет мой телефон со стойки и протягивает мне, разблокировать.

Я наблюдаю, как она звонит сама себе, добавляя мой номер себе в контакты. Люблю наглых девок. С ними весело.

– Энзли, – говорит она, хлопая ресницами. – Не забудь. Можем как-нибудь вместе попробовать что-нибудь из списка вещей, на которые ты еще не успел ответить «да».

А это мысль.

<p>Глава 15</p><p>Фенн</p>

– Бишоп, какого черта это сейчас было? – рычит тренер с боковой, когда в понедельник я отправляю мяч в полет высоко над сеткой. – Голову на плечах поправь и целься нормально.

Вратарь пинком возвращает мяч в игру, и я пытаюсь идти в атаку, но на меня начинают сыпаться удары. Получив от Кенни локтем в шею, я падаю на четвереньки, пытаясь развернуться за ним. Краем глаза вижу, как тренер швыряет свою бутылку воды на трибуны.

Его можно понять. На сегодняшней тренировке я просто ужасен. Мы играем пять на пять, и я отстаю ото всех на два шага, как какой-то зеленый первоклассник. Обычно я один из самых крепких парней на поле, но сегодня меня швыряют направо и налево. Энергии нет.

– Бишоп!

Рявкнув мое имя, тренер подбегает устроить мне взбучку.

– Чтоб тебя, эй, сосредоточься на игре, – режет он, сверкая солнцезащитными очками. – Мне плевать, что за херня происходит в твоей черепушке, мне от тебя фокус нужен. А теперь иди и забей чертов мяч в сетку, а не то будешь до утра у меня пенальти отрабатывать.

Не то чтобы я не старался. Ему не понять, сколько сил требуется, чтобы соображать хотя бы наполовину. Честно говоря, с тех пор как Кейси перестала со мной разговаривать, я вообще ни на чем сосредоточиться не могу. Все выходные только и делал, что тонул в пучине отчаяния глубже и глубже, и сейчас я преодолел только половину скользкого склона по пути обратно. Каждый раз, как мысли возвращаются к ней, мои пальцы срываются, и я оказываюсь на заднице на самом дне. И пялюсь на крохотную точку света там, так высоко, что добраться до нее кажется чем-то невозможным.

Когда мы выстраиваемся для штрафного и мяч попадает мне ровно в лицо, я даже не чувствую, как встречаюсь с землей. Боль такая резкая и обжигающая, что я не могу открыть глаза. Свистит свисток, тренировка заканчивается. Тренер решает нас отпустить, пока ему не пришлось отскребать от поля мой труп.

– Чувак, – тихо говорит мне капитан команды. – Ты в порядке?

И так я понимаю, что действительно достиг дна. Даже Дюк, мать его, Джессап выражает искреннее беспокойство обо мне. Он идет за мной всю дорогу до боковых дверей в здание, весь насквозь мокрый от пота.

– В норме, – бормочу я, шаркая ногами по дороге к шкафчикам.

– Все брат твой виноват, – мрачно говорит Дюк.

Кошусь на него, лишь частично заинтересованный.

– Чего?

– Шоу. Стоило тому козлу появиться, как все наперекосяк пошло. Только не говори, что не заметил.

Устало смеюсь.

– Бро, Эр Джей у тебя честно выиграл. Смирись уже.

– Никогда, – клянется Дюк и проходит мимо меня к двери.

После душа я достаю из шкафчика телефон. Ноль новых сообщений. Знаю, что не надо, но ничто не может остановить мою потребность снова написать Кейси.

Я: Знаю, ты меня сейчас ненавидишь. Но мы можем поговорить? Прости.

Смотрю на экран, бужу его обратно, когда он начинает тускнеть. Жду мигающих точек. Их не появляется, так что я одеваюсь и бросаю мокрую футболку в корзину для стирки. Когда я снова смотрю на экран, ее ответ бьет меня по лицу пощечиной.

Кейси: Да отвали ты наконец.

Да, знаю. Примерно этого я и ожидал, хотя и не думал, что будет так грубо. И все равно не могу перестать надеяться, что в следующий раз застану ее в хорошем настроении.

Удача не улыбается мне и когда я возвращаюсь в комнату, потому что там на диване сидят Эр Джей со Слоан.

Чтоб меня. Лучше бы мне еще раз прилетело мячом в лицо.

– Хватит писать моей сестре, – срывается она на меня с порога.

– Прошу тебя. – Достаю из холодильника две холодные бутылки газировки и прижимаю к щекам. – Можешь написать свою речь на бумажке и оставить у меня на кровати? Башка раскалывается.

– По барабану вообще. – Она вскакивает на ноги, разъяренная и готовая к драке. – Кейси сказала тебе оставить ее в покое. Если сам ты этого сделать не можешь, будешь разбираться со мной.