– Я не буду извиняться за то, что попытался защитить подругу от какого-то парня с улицы, которого я почти не знаю, – говорит Сайлас.

– Хорошо. Не извиняйся. Просто прими к сведению, что я на стороне своей девушки. И всегда там буду.

– Ми-ау, – тянет Лоусон и изображает в воздухе коготки, наслаждаясь представлением.

– Да как скажешь, Шоу. Наслаждайся бесконечной драмой по имени Слоан Тресскотт.

Проблема остается нерешенной, а я не мешаю ему закатить на меня глаза и уйти. Потому что нам нечего друг другу сказать. Он не извиняется, я не прощаю, тупик.

И вообще, у меня других проблем по горло. Одевшись, я иду на встречу с Фенном и Лукасом в компьютерном классе. Еще перед тренировкой написал им подождать меня там. Мне потребовалась пара дней, но найти лазейку в блокировке какой-либо связи в училище Гейба оказалось не так уж сложно. Есть только одна загвоздка.

– Пять тысяч, – говорю я Лукасу.

– Да ну нафиг, серьезно? – От ценника у него отвисает челюсть, и его сложно в этом винить.

– Я попытался поторговаться, но мы не в том положении. – Уверен, я не первый, с которого тот парень стряс денег. – Я нашел в училище охранника, который согласен передать сообщение за взятку.

– И все? Я-то думал, мы подговорим его передать Гейбу телефон.

– Нет, ничего такого. Учеников там буквально раздевают догола каждый день, и комнаты тоже обыскивают.

Фенн косится на Лукаса.

– В какую дыру твой папаша его заслал?

– А если найдут хоть одно нарушение, – продолжаю я, – то их не просто выгоняют. Там целая система телесных наказаний.

– Боже. – Крутанувшись на кресле с колесиками, Фенн встает и начинает метаться вдоль рядов темных мониторов.

Лукас сдувается, запустив пальцы в волосы.

– Чел, у меня нет пяти тысяч. Даже близко.

– Лучшее, что я могу предложить так быстро.

Мне его жаль, но это не моя привычная территория. Я не могу просто взломать электронную защиту, чтобы пробиться к Гейбу. Человеческий фактор всегда все усложняет.

Фенн останавливается.

– Я заплачу, – говорит он. – Перекину тебе деньги вечером.

Киваю.

– Заметано. Напишу ему.

Лукас вскакивает на ноги.

– Погоди, серьезно? – Он смотрит на Фенна с разинутым ртом.

Мой сводный брат пожимает плечами, голубые глаза становятся нечитаемыми.

– Не парься. Мой счет этого даже не почувствует.

В этом я не сомневаюсь.

– Фенн, чувак, спасибо. – Лукас почти парит от облегчения. – Я бы хотел сказать, что верну, но…

– Нормально все.

– Если тебе что-то понадобится, я все сделаю.

– Напишите мне, что хотите передать в сообщении, – напоминаю им я. – Вы оба. Я перешлю.

– А, кстати, еще кое-что. – Фенн останавливает Лукаса на выходе из класса. – Как Кейси? Ты с ней говорил последнее время?

Лукас внезапно становится уклончивым. Судя по всему, надолго его благодарности не хватило.

– Ага, – размыто отзывается он. – Мы разговариваем.

Мне очень не хочется тут быть, но я не успеваю уйти достаточно далеко. Наблюдать за страданиями Фенна – изматывающее дело.

– И? – настаивает Фенн.

Лукас смотрит на него болезненно.

– Я в это лезть не собираюсь.

– Чел, ну.

– Прости. Она мало чего говорит. – Лукасу, кажется, тоже хочется быть где угодно, только не в хватке разбитого сердца Фенна. Может, поэтому он и не щадит его, надеясь, что теперь-то Фенн точно отстанет. – Только одно знаю точно – она не хочет иметь с тобой ничего общего.

<p>Глава 13</p><p>Кейси</p>

Лукас: Фенн спрашивал про тебя. Я бы сказал, припер меня к стенке.

Я: Пусть горит в аду.

Лукас: А ты слов зря не тратишь, лол.

Он печатает что-то еще, так что откладываю телефон и заканчиваю расчесываться перед пятничным походом в школу.

Когда я снова смотрю на экран, меня встречает длинное сообщение.

Лукас: Если тебе это поможет, то я вообще всегда считал, что Фенн тебя недостоин. Я столько лет смотрел, как они с Гейбом влипают во всякое дерьмо. Он слишком много бухает, словно это как-то скроет то, какая он пустышка.

Возражаю ему быстрее, чем успеваю себя остановить. Словно инстинкт какой-то – защитить Фенна.

Я: То, что он лживый козел, еще не делает его пустышкой.

Я знаю, каким Фенна видит большинство людей. Подозреваю, что ему только того и надо. Образ гуляки хорошо скрывает то, как он разваливается на части под маской. Фенн все чувствует очень глубоко, и многим этого просто не понять.