Читаем Предан(н)ая (СИ) полностью

Вторая половина дня пролетела в хлопотах и заботах. Юлька никогда не думала, что кому-то могут так много звонить. И уже к концу дня, поднимая трубку, автоматом отвечала «Приемная филиала «Стройдом». Здравствуйте». И даже, когда услышала звонок на своем телефоне, машинально приняла вызов и выпалила заученную фразу. Оказалось, что это родители, которые обеспокоенные странной смс-кой от дочери решили ей позвонить в обычное время. Что ж… лучшего подтверждения, что Юлька работает, невозможно было придумать. И довольные мама с папой, радуясь счастливому голосу дочери, успокоились и пожелали ей удачи.

А сама Юлька с нетерпением ждала вечера. Интересно, куда Сережа поведет ее сегодня?

Глава 19.

— Юленька, — вечером Сергей Николаевич нажал кнопку вызова секретаря, — зайди ко мне…

Уставшая, но счастливая Юлька, с удивлением отметившая гримасу неприязни на лице Маришки, впорхнула в кабинет директора. Почему Маришка так реагирует, не давала ей покоя мысль, неужели ревнует? Но ведь она говорила, что любит своего Гришу… не понятно…

Но Сережа, который встретил ее посреди комнаты, заставил все мысли испариться из ее головы. Он обнял ее, крепко прижал и накрыл поцелуем губы. Юлька задохнулась от неведомого ей ранее чувства… Хотелось вжиматься в это горячее тело и гореть так же, как он, отдавая всю себя, без остатка. И она простонала, не в силах молча вынести огонь этого желания…

— Юленька, — выдохнул Сережа, и подхватил ее под попу, упираясь твердой и горячей плотью, скрытой тонкой джинсовой тканью, в низ живота Юльки.

И Юлька, словно повинуясь древнему инстинкту, обхватила его талию ногами и повисла всей тяжестью на его руках, не только не отталкивая, но, наоборот, желая слиться с ним в одно целое.

Они целовались долго и страстно. Юлькины губы казалось стали огромными и чувствительными, превращая каждый поцелуй в коктейль ощущений, в котором смешивались и радость, и желание, и любовь, и страсть, и даже животная похоть. Последний компонент был таким мощным, что если бы не благоразумие Сережи, то Юлька отдалась бы ему прямо здесь, в этот самый момент, на этом самом столе…

Потом, когда лежа дома в постели, Юлька вспоминала эти поцелуи, она вдруг поняла, что все на само деле просто. Это ее мужчина. Он предназначен ей самой судьбой. И именно поэтому природа берет свое, отключая у Юльки любое другое желание, кроме продолжения рода.

Но в кабинете время на раздумья не было, она плавилась в руках Сережи, как воск на жарком солнце…

— Юленька, — жарко шептал Сережа, — вот что ты со мной делаешь, хулиганка, — он облизнул приоткрытые Юлькины губы, — я так хочу тебя… я никого в жизни еще так не хотел, как тебя… Юленька…

Он усадил ее на стол, и вытащил блузку из-за пояса брюк, добираясь до груди и опаляя кожу горячим дыханием…

— А-ах! — выдохнула Юлька и прогнулась, подставляясь под ласки, — Сережа-а-а…

— Юленька, — Сережа, чуть отстранившись, умоляюще посмотрел на Юльку, — пожалуйста… возьми его ручками…

И Юлька, мгновенно сообразив о ком идет речь, вспыхнула, кивнула и ткнулась в плечо Сережи, избегая его взгляда. А он одной рукой, быстро расстегнул ремень, вот уже Юлькина ладонь, такая маленькая в его ладони, обхватила «его» и, повинуясь движению руки Сережи, стала двигаться вверх и вниз…

— Юленька, — выдохнул Сережа, — как же хорошо…

А Юлька ощущая в своей ладони это… такое твердое и теплое… поняла, что ей нравится… Ей нравится это ощущение… ей нравится, что она вызывает такие чувства… ей нравится, что от ее руки Сережа стонет, прикусив губу… и он еще красивее в этот момент…

И тут Сережа как-то особенно вскрикнул, судорожно выдохнул и, убрав вторую руку, до этого момента все еще лежащую на спине Юльки, обхватил головку и кончил в кулак…

А Юлька почувствовала, как судорога прошла по плоти, которую она все еще держала в своей ладони…

Сережа тяжело дышал, уткнувшись лбом в плечо Юльки… но постепенно его дыхание успокаивалось, и он поднял голову:

— Юленька, — он улыбнулся и поцеловал ее, смущенную и немного растерянную, — я не напугал тебя?

Юлька отрицательно помахала головой и улыбнулась… жар уходил. И ее немного лихорадило. И только там, внизу живота осталось какое-то томление, которое ощущалось, как маленький камешек в сандалии. Вроде должен выпасть сам, но при этом противно колет подошву при каждом шаге.

— Я сейчас, — Сережа, отлепился от Юльки и, придерживая джинсы одной рукой, а второй все так же сжимая в кулаке расслабленный член, скрылся за дверью комнаты отдыха, — не уходи.

А Юлька, оставшись одна, немного растерялась. Неловко слезла со стола и заправила блузку в джинсы… постояла… посмотрела по сторонам… и уже собралась было все же уйти, как Сережа, в привычном виде, застегнутый и подтянутый, вышел, и подхватил ее на руки.

— И куда мы собрались? — он прижал ее к себе и снова поцеловал. Но как-то по-другому… как-то нежно и ласково… легко и приятно, — спасибо, Юленька.

Он заглянул в ее глаза: