Читаем Право на власть полностью

– Плохо ты его знаешь! Спорим, он сейчас свои конторские книги твоему дядьке передает.

– Чего человеку не сидится? Кругом почет и уважение, а его несет за тридевять земель в неведомые края.

– О тебе печется, сарацины обмануть могут, а он ушлый делец, сам любого вокруг пальца обведет.

– Меня другое волнует, справится ли Михаил Симеонович? У нас здесь что ни мануфактура, то секрет.

– Э, князь, плохо ты знаешь своего постельничего! Он скромный человек, в твои секреты нос не сует, понимает важность дела.

– О том и разговор! Выг за каждым зернышком следит, а здесь новый человек, который многого не знает.

– Поверь мне, Андрей Федорович, зря волнуешься.

– Хорошо, если так. Неуютно как-то бросать на чужого человека свое хозяйство.

– Тоже придумал! Какой он тебе чужой? Свой родственник, из самых близких твоему отцу!

Норманн ничего не ответил. Он давно уже не пытался воздействовать на разворачивающуюся вокруг него чехарду событий.

– Ахилл и Рокко собираются идти вместе с тобой, – продолжил Дидык.

– Задумали что или просто так, развеяться да мир посмотреть?

– Пищали хотят купить. Говорят, у персов цена хорошая.

– Зачем покупать? Мне на них посмотреть бы, а здесь сам сделаю.

– Ой ли? А зелье огненное где возьмешь?

– Вот это надо будет купить. Привезем сюда, Максим поможет разобраться, затем сами наладим дело.

– Хорошо бы. Поставить на стену да жребием по врагу. Эх!

Возле недостроенной арки главных ворот нетерпеливо гарцевал всадник. Увидев отмашку Дидыка, подхватил уздечку стремянной лошади и дал шпоры.

– Поберегись! Дорогу княжескому гонцу!

Красный кафтан мелькнул между домами и скрылся за строящейся крепостной стеной.

Нарочный от посадского боярина Федора Даниловича Вянгинского чинно дожидался в сенях. Завидев князя, уважительно приветствовал низким поклоном со словами:

– Здравы будьте, Андрей Федорович!

– И тебе здравствовать. Заходи в дом и рассказывай, с какими пожаловал вестями.

– Мне велено первым делом передать письмо от твоего отца. – Гонец протянул послание.

Бегло глянув на восковую печать, Норманн потянул витой шнурок. Мягкая кожа развернулась с тихим шелестом, в руках оказался довольно увесистый рулон бумаги. Вот и появился повод похвастаться почтовыми тубами с сургучной печатью. Скорняки сшили примерно сотню красивых цилиндриков, а сургуч – ерунда, всего лишь сварить смолу с мелом да добавить краситель. У него давно все готово и ждет своего часа. Почтовыми… Почтовыми… Норманн отложил в сторону послание и удивленно посмотрел в окно.

– Дидык! Сколько здесь голубей?

– Ключника или кухарку спроси, они тебе птицу на стол ставят! – обиженно ответил воевода.

– Да нет, я о другом. Кто у тебя из воинов знаток-птицелов?

– Есть несколько человек. Зачем они тебе?

– Ты про почтовых голубей слышал?

– Помилуй, Андрей Федорович, голубь не собака, в клюве ничего не принесет!

– Зато дорогу к родному гнезду всегда найдет, а тревожную весточку к лапке привязать можно.

– Ох и умен ты, князь! Велишь приказ по крепостям разослать?

– Давай, дело долгое, ждать не менее года, сначала птенец вылупится, облетает округу да силу возьмет.

Дидык нетерпеливо выбежал из терема, а Норманн развернул послание от «родителя». Вместо приветствия оно начиналось молитвой, затем шло нравоучение со ссылкой на жития святых, и только после этого шел длинный перечень поклонов от каждого родственника. Такие письма собственноручно не пишут, рука устанет на третьей странице, и без шпаргалки не обойтись, одних имен дюжины три. Если коротко, суть письма заключалась в требовании навестить Романа Михайловича, великого князя Белозерского. Далее следовало подробное описание его тяжелой болезни, затем несколько слов о слабом телом сыне князя Федоре и немощном внуке Иване. Краткое упоминание о втором сыне Василии Романовиче заканчивалось словами о постигшей весь род Белозерских немощи, никто из них не может ни меч поднять, ни на коня сесть. Отдельным абзацем шло описание княжеских богатств, к которым причислялись земли, леса, реки и озера. Раз надо навестить, так навестим, в любом случае ничего, кроме пользы от знакомства. Де-юре у них общая граница по Онежскому озеру и на севере по землям лопарей. Кроме того, проход на Волгу станет намного проще, одно дело друзья-соседи, толпа вооруженных мурманов с товаром – совсем иное. Послание заканчивалось наказом зайти на Вянгинскую пристань, что на торговом тракте из Архангельска в Новгород, и взять с собой воеводу Кречета, который приходится Норманну двоюродным дядей.

Письмо от архиепископа Василия оказалось в унисон с посланием посадского боярина Федора Даниловича. Разница только в том, что от Норманна требовали нанести визит игумену Белозерского монастыря. Здесь как раз все понятно, задумка со строительством монастыря на Соловецких островах изначально требовала хороших отношений с епископом Белозерских земель.

– Пошли кого за Выгом, – крикнул Норманн себе за спину, где должен был стоять дворецкий.

Легкий топот ног подтвердил правильность предположения.

– Что передавали на словах? – на этот раз обращение к нарочному.