Читаем Правила крови полностью

Ответить Ортега не успел — пол под ногами содрогнулся, сверху посыпалась земля и прочий мусор. Одновременно с толчком откуда-то сзади послышался вибрирующий звук, и по остановившемуся взору Виталия нав понял, что там что-то происходит. И в этот момент Дарий закричал снова.

Поверхность Стены шла волнами. Прижимая к себе отчаянно вопящего масана, Сергей расширенными глазами смотрел, как под обсидиановой поверхностью перекатываются могучие мускулы — именно такая ассоциация всплыла мгновенно. Страха не было, только любопытство, и еще какое-то щемящее чувство утраты, как в момент пробуждения, когда сотканная сном завеса падает, но недостаточно быстро, чтобы можно было успеть рассмотреть, что же за ней скрывалось. А потом в голове вдруг зародилась мелодия — капитан знал, что это песня, хотя то, что он слышал, не имело ничего общего с привычной музыкой. Постепенно стали различимы отдельные звуки, которые складывались в слова, язык был чужой, но, тем не менее, понятный. «Враг, враг, враг пришел… Созывай Стражей, битве быть… Поднимайся, герой, обнажи свой меч… Враг, враг, враг у стен…». Мелодия нарастала, Дарий вдруг затих, бессильно обмякнув в руках капитана, и Сергей, не отрывая взгляда от Стены, осторожно положил на пол ставшее неожиданно тяжелым тело.

— Погаси свет, — вплелся в мелодию чей-то голос. Капитан повернул голову в сторону, откуда он раздался, и обомлел.

Ортега медленно поднялся и развернулся лицом к Стене. Несколько секунд он сосредоточенно рассматривал колышущуюся поверхность, затем сделал шаг вперед и вскинул руки. Виталий, привалившись спиной к бетону, озадаченно переводил взгляд с черных волн на Ортегу — подняться сил у него не было. Неподалеку капитан осторожно укладывал Дария на пол. Гул прекратился, и в наступившей тишине было слышно шуршание плаща масана о запыленную бетонную поверхность.

— Погаси свет, — произнес нав незнакомым голосом, неожиданно увеличиваясь в размерах. Одежда затрещала, и Ортега неуловимым движением сбросил ее остатки на пол.

— Погаси свет! — повторил он, и будто гром прокатился по тоннелю.

Виталий сглотнул и щелкнул по клавиатуре. Прожектора погасли, и в обрушившейся темноте тело Ортеги озарилось мягким серебристым сиянием. Сияние усиливалось, становясь нестерпимым, и вдруг запульсировало в такт волновым перекатам обсидиановой поверхности. Виталий прикрыл глаза ладонью, и сквозь прищуренные веки с замиранием сердца следил за происходящим.

Внезапно участок стены напротив Ортеги успокоился и принялся раскрываться словно тюльпан. Из отверстия полыхнули языки желтого пламени, и сияние вокруг нава вдруг превратилось в огненные доспехи, принявшие на себя удар золотых копий. Ортега пошатнулся, но устоял. Вторую атаку он отбил неожиданно появившимся в его руках пламенеющим мечом, и медленно двинулся вперед, ловко парируя клинком вылетавшие навстречу огненные протуберанцы. Воздух наполнился непрерывным потрескиванием, резко запахло озоном, и Виталий ощутил, как вздыбились все волоски на его теле.

Исполин в сверкающих доспехах подобрался уже к самой Стене, когда черные лепестки начали стремительно смыкаться. Ловко увернувшись от одного золотого копья и отбив мечом атаку второго, Ортега вдруг прыгнул ногами вперед и скрылся в огненном провале. Виталий закричал, лепестки сошлись, и по обсидиановой поверхности вновь прокатилась волна. Крепыш попытался подняться, и тут ему показалось, что на него рухнул потолок. Последнее, что он успел уловить гаснущим сознанием, был Сергей, подмявший под себя неподвижное тело Дария…

Ортега нырнул в огненный провал, и Сергей каким-то шестым чувством вдруг осознал, что сейчас что-то произойдет. Он упал на Дария, прикрывая масана собой, попытался сгруппироваться, однако обрушившийся на него мягкий удар оказался слишком силен; капитан почувствовал, как какая-то сила отрывает его от земли, многократно складывает, словно картонную коробку, вертит ротором и затягивает в серый омут небытия…

Когда Сергей открыл глаза, первое, что он увидел, было зеленовато-серое небо, по которому стремительно неслись оранжевые облака. Некоторое время он размышлял над непонятным явлением, затем сообразил, что лежит на спине, и поспешно поднялся. Ничего не болело, тело казалось легким, даже невесомым, как бывает после хорошей пропарки в сауне. Капитан огляделся — во все стороны, насколько хватало глаз, расстилалась гладкая, как стол, вересковая равнина, переходящая в восточной части в холмистую местность — Сергей был почему-то твердо убежден, что восток именно там. На западе возвышался черный купол правильной формы, что указывало на его искусственное происхождение. У основания купола наблюдалось какое-то шевеление, время от времени озаряемое неяркими вспышками. Сергей напряг зрение, пытаясь уловить подробности, но расстояние было слишком велико.