Читаем Правила крови полностью

Франц де Гир, бывший мастер войны, отправленный Леонардом де Сент-Каре в отставку за нежелание заключать союз с гиперборейцами. Приговоренный к смерти предатель, поднявший мятеж во время страшной и скоротечной войны, убийца великого магистра и… единственный кандидат на пост лидера Великого Дома Чудь. Себастьян де Лок, магистр ложи Горностаев и родной дядя Франца. Хитрый и осторожный воин, честолюбие которого стало залогом успеха отчаянного предприятия де Гира. Рик Бамбарда, старый вояка, прошедший с Францем через все войны и сражения, его авторитет в гвардии не вызывал сомнений. Гуго де Лаэрт, самый молодой из четверки, но опытный и умелый маг, рыцарь, командор войны, и его слово имело большой вес для магов Ордена. Эти трое прошли с Францем весь путь: были объявлены мятежниками, проливали кровь во время мясорубки в Бастионе Лучников, теряли друзей, но, упрямо сжимая кулаки, шли за де Гиром, веря в его ум и талант. Этим троим Франц доверял абсолютно, и именно они должны были стать его опорой в мирной жизни.

— Скажу без ложной скромности: на мой взгляд, работа проделана отлично, — подвел итог Себастьян. — Ложи лояльны. Большую роль сыграла развернутая «Тиградком» антигиперборейская кампания. Репортеры вытащили самые неприглядные факты из истории Кадаф, напомнили о ненависти, питаемой ублюдками Азаг-Тота к Тайному Городу, и теперь твои поступки рассматривают только с точки зрения борьбы с гиперборейцами. К тому же магистры понимают, что ты станешь великим вождем Ордена, Франц, и постарались успокоить своих подданных.

— Успокоить и уговорить, — добавил Бамбарда.

Рику приходилось сложнее всех: Гуго и де Лок проводили первоначальные переговоры, убеждали, договаривались, обещали, а Бамбарда занимался закреплением успеха, опрокидывая кубки вина на следовавших за переговорами вечеринках. Убежденный холостяк, военный до мозга костей, Рик мог перепить кого угодно и разговорить за дружеским столом даже самого упертого скептика.

— Среди Саламандр были недовольные, — продолжил Себастьян, — но их поставили на место. Один недовольный скончался от последствий ран, полученных во время Лунной фантазии, другой очень кстати разбился в автокатастрофе. Трагедия на скользком шоссе… Я распорядился послать соболезнования от твоего имени.

Магистр Горностаев перехватил выразительный взгляд Де Гира и тонко улыбнулся:

— Я здесь ни при чем, Франц. Я просто намекнул магистру Саламандр, что в столь трудный момент Чудь должна быть едина.

— Надеюсь, все было проделано с должной осторожностью?

Де Лок кивнул:

— На этот счет не волнуйся.

— Семья Гюнтера Шайне ведет себя тише воды и ниже травы, — взял слово Гуго. — Когда в Ордене узнали, что Гюнтер принимал Золотой Корень, его постарались вычеркнуть из памяти. Братья Гюнтера просили передать, что сделают все, чтобы смыть позорное пятно со своего рода. С этой стороны угрозы твоей власти нет.

Честолюбивый Гюнтер занял пост мастера войны после отставки Франца, но не сумел устоять перед роковой страстью к Золотому Корню, наркотику, превращающему гордых рыцарей в пускающих слюни идиотов. Этот факт, вкупе с бездарным руководством Гюнтера военными действиями, заставил влиятельную семью признать власть де Гира.

— А что творится в мастерских?

— Твой авторитет среди магов всегда был высок, — развел руками де Лаэрт. — Мне приходится чаще выслушивать панегирики в твою честь, чем убеждать, чтобы нашу партию поддержали.

— Я не доверяю мастеру иллюзий, — холодно произнес Франц. — Он был близким другом Леонарда.

— Я помню и уже принял меры, — улыбнулся Гуго. — Мастер иллюзий стар, и месяца через два будет поставлен вопрос о его смещении. Я договорился с мастерами превращений и стихий, они поднимут эту тему на заседании Ложи Мастеров.

— Кем ты планируешь заменить старика?

— Хотел предложить тебе подумать о Конраде фон Алхаузене.

— Он вроде считался любимчиком мастера иллюзий? — прищурился де Гир.

— Считался, — согласился Гуго. — Но Конрад далеко не идиот и прекрасно понимает ситуацию. Он сам вызвал меня на разговор и заявил, что ты можешь рассчитывать на него в любом деле.

— Порядок, — медленно кивнул Франц. — Я подумаю. — Он помолчал. — Мы действительно хорошо поработали.

Результаты выборов великого магистра Ордена были вполне предсказуемы, но де Гир не желал прослыть узурпатором. Франц требовал поддержки всей семьи, или, по крайней мере, большей ее части, и его сторонники сбились с ног, укрепляя авторитет партии среди чудов.

— Как прошли переговоры с Фетом и Нерой? — поинтересовался Себастьян.

Лидеры семьи Хван приезжали в Замок рано утром, и де Гир четыре часа беседовал с ними наедине.

— Благожелательно. Им понравилось предложенное мною изменение вассальных обязательств, и хваны охотно принесут присягу новому великому магистру.

— Подтвердят верность, или…

— Хваны принесут присягу по главному обычаю, — Франц позволил себе улыбку.

— Молодец, сынок!