Читаем Правила крови полностью

Князь поморщился и, плавным движением забрав вместилище «Песочных Часов», покинул подвал, даже не взглянув на полуживого от страха бывшего курьера.

— Что ж, тянуть бессмысленно. За нас этого все равно никто не сделает, — Сантьяга пожал плечами. — Начнем.

Сначала его небольшой мозг затопила боль, и Полено закричал от неожиданности. Потом что-то сломалось у него внутри, и перед внутренним взором Красной Шапки замелькали картинки воспоминаний. Кто-то могущественный препарировал его личность, рассматривал срезы памяти, копался в извилинах. Полено словно ощущал наглые холодные пальцы в своей голове. Потом боль прошла, сменилась недоумением и пустотой. Внезапно образ Милорады заполнил все вокруг. Все остальное представилось неважным и ненужным. Полено сначала обрадовался ее присутствию, а потом паника нахлынула на него с такой силой, что испуганного лысого коротышку вытошнило прямо на пол. Он понял, что ищут поймавшие его — следы ее, Милорадиного, присутствия. Тогда он испугался еще больше, плюнул мысленно — и впустил в себя боль обратно. Он представил себе, как боль скручивает извилины, как завоевывает все его тело, как чернеют и отваливаются мозги. И — забыл.

Перед глазами кружили разноцветные бабочки. Полено приоткрыл от удивления рот. С нижней губы капнула слюна, но отважный боец этого уже не заметил. Он следил за трепещущимися крыльями и думал: — «Это ужасно красиво. Жаль, что она этого не видит».

Кто такая она и почему ему так жаль, что ее нет рядом, Полено не помнил, да это было и не так уж важно. Бабочки приковали его внимание.

На город наплывала ночь. У метро «Сокол» ободранными металлическими скелетами жалко торчали остовы торговых рядов. И только неутомимые продавцы цветов еще не гасили свет в своих стеклянных коробках, да пара супермаркетов на обеих сторонах Ленинградского проспекта мигали круглосуточной рекламой.

Чуть дальше шумная улица разделялась на две трассы, и большая из них ныряла вниз и уходила к Пятой инфекционной больнице. На второй же, менее оживленной, темной громадой высилась Цитадель. Там, поглядывая изредка в высокое узкое окно, тихо переговаривались двое навов.

— Ты был прав, — задумчиво пробормотал Сантьяга, полируя ногти замшевой тряпочкой.

— В чем? — немедленно отозвался Ортега.

— Он действительно не виноват.

— Это было ясно с самого начала, — усмехнулся Ортега. — У него бы просто не хватило мозгов.

— Безусловно, это весомый аргумент, — кивнул комиссар. — Но дело не в этом. Я поражаюсь иногда, наблюдая примеры того, как сильна бывает власть женщины над мужчиной. Особенно колдуньи. Особенно Зеленого Дома.

— Так вот почему он пытался сопротивляться! — догадался Ортега.

— Именно так, — Сантьяга всесторонне рассмотрел свои ногти и продолжил. — Немного обещаний, немного улыбок, немного «Вуали Желания» — и её не слишком избалованный женским вниманием собеседник — пропащее существо.

— Впрочем, — добавил он, немного подумав. — В данном случае без «Вуали Желания» вполне можно было обойтись.

— Представляешь, — чуть громче, чем нужно, сказала Забава, слегка наклонившись к уху Велимира. — я и понятия не имела, что затеяли эти две глупые девчонки… Подумать только, какие амбиции!

— Их можно понять, — бесстрастно отозвался ее спутник. — Для любой из них это был единственный шанс получить такого учителя, как Любава.

— Но украсть «Плачущую богиню»… — Забава еще немного повысила голос. — Ни одна нормальная фея не пошла бы на такое!

Велимир не успел ответить.

— Скажи спасибо, — не поворачивая головы, сказала стоящая совсем рядом Жрица Любава, для ушей которой и предназначался их диалог, — что вашему курьеру повезло умереть раньше, чем специалисты Темного Двора вытянули из него все нужные им сведения. А тебе я бы посоветовала побыстрее выйти замуж и заняться варкой борщей для своего мужа. В его доме.

— Но это же не моя вина… — ошарашенно пробормотала Забава. — Это же не я…

Любава величественно повела красивой белой рукой и, улыбнувшись благосклонно кому-то в противоположной части зала, быстрым шагом направилась туда. Велимир проводил Жрицу задумчивым взглядом и обернулся к Забаве.

— Могу я спросить, выйдешь ли ты за меня? — нарочито спокойно поинтересовался он.

— Придурок… — прошипела Забава сквозь навернувшиеся бессильные и злые слезы.

Гнев на двух малолетних идиоток, бездарно проваливших задумку и сейчас пережидающих неблагоприятный период в Школе, душил ее. Может быть, все сложилось бы куда удачнее, не реши она воспользоваться их помощью.

— Забава? — мягко поторопил ее Велимир.

— А по-твоему, у меня сейчас есть варианты? — горько спросила ясноглазая мечта виконта.

— Очнулся, придурок? — кто-то сочувственно хлопнул его по плечу.

Полену это не понравилось. Не оборачиваясь, он угрюмо рыкнул на нахального сочувствующего.

— Эй, ты что? — спросили испуганно.

— Оставь его, — авторитетно заявил кто-то. — Звиздец Полену настал. Теперь его только, — он хохотнул, но как-то уныло, — в консерватории как урода, мля, показывать!