Читаем Правила боя полностью

Всеволода Ивановича больше всего интересовало, как там девчонки. Так он называл Наташку и Светлану. Про Наташку я мог сказать только то, что она уехала в Монтре-су-Буа, чтобы учиться там хорошим манерам, верховой езде и стать завидной невестой для наследников европейских престолов. Зато о Светлане я рассказывал долго и подробно, потому что мне это доставляло удовольствие.

Киреев тоже был доволен, несколько раз вставал, чтобы покурить у окна, потом садился и задавал все новые вопросы. Когда, наконец, тема была полностью исчерпана, он спросил, как о чем-то маловажном и второстепенном:

– А что там Петрович задумал, ты подробности знаешь?

– Пока нет. Сергачев сказал только, чтобы я ехал домой и поднимал братву.

– Братву поднять недолго, надо знать – зачем. Понимаешь, я последнее время как-то иначе к жизни отношусь, да и к смерти тоже. Трепетнее, что ли. Может, старею. Но не хочется, понимаешь, мужиков на смерть посылать непонятно зачем.

– Идею-то Сергачева я понимаю – уничтожить мировой терроризм, наркомафию, продажных политиков, а вот как он это хочет сделать, я не знаю.

– Хорошая идея, – кивнул головой Киреев. – А рай на земле Сергачев построить не хочет?

– В отдаленной перспективе, – подтвердил я, – а пока с этой мелочевкой разобраться.

– Добро, – Киреев поднялся, чтобы опять пойти к окну, курить. – А сколько людей тебе надо, каких?

– Не знаю, Всеволод Иванович, честно – не знаю…

На том мы вчера и разошлись, а утро началось со звонка Петра Петровича.

– Лешенька, здравствуй, Сергачев тебя беспокоит.

– Здравствуйте, Петр Петрович. Случилось что?

– Нет, Леша, у нас все в порядке, Светланка скучает, правда, но это ж дело бабье, поскучает, да привыкнет. Шучу. Дело такое, Лешенька: вчера мне сообщили, что китайцы готовят что-то нехорошее в Питере, в ближайшие дни. Не знаю, что ты можешь предпринять, но, во всяком случае, будь готов.

– Всегда готов! – ответил я без всякого энтузиазма.

«И вечный бой, покой нам только снится»… – вспомнил я стихи какого-то русского классика. Похоже, не я один всю дорогу воюю…

* * *

Среди множества специальных и сверхспециальных служб современной России есть знаменитые, известные, малоизвестные и совсем никому неведомые. Самое знаменитое ведомство, конечно, КГБ, которое с завидной периодичностью меняет свое наименование и, следовательно, аббревиатуру, последний вариант называется ФСБ, но то, что этот вариант последний и вскоре не последует очередного переименования, никто, в том числе и сами гэбэшники, гарантии дать не может.

Однако, как учит опыт истории, самым большим влиянием обладают службы, о которых почти никто не знает. Одной из таких служб была и есть организация «Ворон».

Все, что о ней известно, восходит к области догадок и предположений. Одни говорят, что ее название произошло от имен отцов-основателей, другие, что оно расшифровывается как «всероссийское общество русских охранителей нации», у третьих на этот счет свое, особое мнение. Так же различаются точки зрения на дату возникновения «Ворона», чаще всего упоминают начало восьмидесятых годов, когда в расцвет застоя Андропов создал альтернативную КГБ структуру, которая и привела к власти Горбачева. Однако есть люди, которые считают, что это детище незабвенного Феликса Эдмундовича, утратившего контроль над ВЧК и боявшегося потерять власть в стране.

Много еще всякого рассказывают о «Вороне», но все сходятся в одном – такая птица в гнезде российских спецслужб существует и, как та кукушка, прочих птенцов потихоньку из гнезда выкидывает.

Как всякая уважающая себя организация, «Ворон» имеет и свою штаб-квартиру. Однако можно долго изучать все, даже самые секретные адресные книги Москвы, купить на черном рынке центральную адресную базу, украденную из тайников ФСБ, ФСК, МВД и ФАПСИ, но нигде нет ни малейшего упоминания о ведомстве под названием «Ворон» или даже хоть сколько-нибудь на «Ворона» похожем.

Тем не менее, в одном из московских переулков, в самом центре столицы, в особнячке восемнадцатого века, бережно отреставрированном и даже не подвергнутом евроремонту, живет и здравствует не занесенная ни в какие регистры организация.

В этот день на втором этаже неприметного московского особнячка собрались люди, которые задумали и начали проводить самую масштабную операцию за последние годы. Предыдущая акция, начатая несколько лет назад, не только не была завершена, но продолжалась, и продолжалась успешно, и в обозримом будущем конца ей не предвиделось. Операция называлась просто, без выкрутасов – «Чечня».