Читаем Правда о «Зените» полностью

Выиграли. После матча, как и условились, открываем. А там: выиграли с разностью в два мяча — двойные премии, сыграли «на ноль» — дополнительная премия вратарю (которая потом делилась на всех). Однажды даже была фраза: «Радимов ушел с поля без желтой карточки — премия всей команде». Все долго смеялись.

Разве что жесткости Трактовенко, пожалуй, не хватало. Слишком уж он был спокойным для руководителя клуба. Думаю, будь Давид Исаакович пожестче, до продажи Быстрова дело бы не дошло. Его же продали в «Спартак» не по игровым качествам, а из-за того, как он себя вел. В какой-то момент у Володи напрочь исчезло чувство меры при общении с тренерами, персоналом клуба и базы. Мутко, узнав об этом, подошел бы и сказал: «Мы очень тебя любим, но чтобы такая вещь произошла в первый и последний раз». Но Трактовенко — иной по характеру, чем Мутко.

И чем Фурсенко тоже. Сергей Александрович даже выглядел намного жестче, а когда нужно — злее. И даже многие судьи, глядя на него, начинали понимать, что с этой командой нельзя творить произвол. Не только потому что пришла такая крупная компания, как «Газпром», а потому что вот он, человек, который ее олицетворяет. С ним шутки плохи. С Трактовенко было проще. И команда, которая лидировала за несколько туров до конца, в итоговой таблице оказывалась даже за чертой призеров…

Эта-то незащищенность и породила фразу Петржелы: «"Зенит" никогда не будет чемпионом».

* * *

В сентябре 2004-го «Зенит» уверенно шел на первом месте. Тогда-то и произошел поворотный момент сезона — матч в Ярославле. О его подноготной мне рассказал человек, находившийся в эпицентре событий, который попросил не называть своего имени.

По его словам, «Шинник» вышел на «Зенит» с предложением: дескать, привезите нам 200 тысяч долларов — и игра ваша. Трактовенко не колебался ни секунды: «Нет, я этого делать не буду». Тогда ярославцев щедро простимулировали конкуренты «Зенита». А исход матча решили два неоднозначных решения судьи Михаила Веселовского.

Кержаков до сих пор горячится:

— В конце матча был явный фол на мне в штрафной «Шинника»! Но пенальти назначен не был. Этот судья впоследствии признался мне, что тогда ошибся. Но от этого было не легче, потому что очков было уже не вернуть. Ведь буквально в следующей атаке мы получили пенальти в свои ворота. И проиграли.

После окончания сезона мой уже упомянутый анонимный собеседник беседовал с Трактовенко. И говорил: «В Петербурге живут 5 миллионов человек, и они все равно бы никогда не узнали, что вы купили эту игру. Но при этом вы бы сделали людей счастливыми».

Но председатель совета директоров «Зенита» в своем отношении к околофутбольным махинациям остался непреклонен.

Черкасов:

— Историю про 200 тысяч от «Шинника» слышал от многих, но у меня никто эту сумму не просил. Если бы Трактовенко это со мной обсуждал — точно бы запомнил. Вообще, что касается договорных игр, то их влияние на российский футбол составляет, на мой взгляд, не 95 процентов, как считают некоторые, а наоборот — не более пяти.