Читаем Правда о Салли Джонс полностью

Улыбка сползла с лица Фантастического Форзини. Он растерянно взглянул на синьора Фидардо. Потом снова улыбнулся, еще шире, чем прежде. Глаза его сузились.

– Ага, понимаю, вы бизнесмен, синьор Фидардо. I like that! Мне это нравится! Но о деньгах не беспокойтесь. Я щедро вам заплачу. И заплачу вперед.

– Это не вопрос денег, мистер Форзини, – холодно ответил синьор Фидардо. – Просто я не делаю аккордеоны с фортепианными клавишами. И не стану делать ни для вас, ни для кого другого.

Меж темных бровей Фантастического Форзини появилась резкая морщина. Улыбка снова пропала с его лица.

– Ма перкé? Why not? Почему?

Прежде чем ответить, синьор Фидардо выпрямился и провел рукой по усам.

– Аккордеон – это вульгарный инструмент, который годится лишь для незамысловатой популярной музыки. Я этим не занимаюсь. Мне жаль, мистер Форзини, но вам придется поискать другого мастера.

Лицо Фантастического Форзини ничего не выражало, как будто он не мог понять, что ему только что сказали. Но потом кровь прилила к щекам, а глаза стали черные как уголь.

– Леи ми инсульта! Вы оскорбили меня! – прорычал он.

– Ми скузи, – извинился синьор Фидардо. – Я не хотел показаться дерзким, но ваше предложение меня просто-напросто не интересует.

Какое-то время они пристально глядели друг на друга.

– Вы пожалеете об этом, синьор Фидардо, – прошипел сквозь зубы Фантастический Форзини. – Вы не знаете, с кем имеете дело! Мы еще встретимся!

Он резко развернулся, так, что свисавшая с его плеч накидка всколыхнулась, и вылетел из мастерской.

После этого синьор Фидардо еще час был не совсем в себе. Угрозы Форзини повисли в воздухе. Когда начало смеркаться, синьор Фидардо несколько раз беспокойно выглядывал в окно.

И незадолго до семи это произошло. Красный шевроле затормозил у нашей двери, въехав двумя колесами на тротуар. Через несколько секунд дверь в мастерскую с грохотом распахнулась.

На пороге стоял Фантастический Форзини.

Из-под полей шляпы его глаза светились жестоким, черным блеском. Он шагнул внутрь. В одной руке он держал большую сумку.

Ни слова не говоря, Фантастический Форзини сбросил накидку, шляпу и пиджак. Закатал рукава рубашки, испепеляя взглядом синьора Фидардо, который в ужасе попятился. Потом Фантастический Форзини схватил стул и поставил его посреди мастерской. Из сумки он достал аккордеон кремового цвета, вдел руки в ремни, сел, пошире расставив ноги, и заиграл.

Это была какая-то народная песня из Калабрии, тарантелла, которую мне много раз играл синьор Фидардо. Но такого исполнения я еще никогда не слышала. Фантастический Форзини атаковал свой инструмент с бешеным неистовством. Напомаженная челка упала на лицо. Звуки с грохотом вибрировали в стенах мастерской. Синьор Фидардо вцепился в стол так, будто в комнату ворвался штормовой ветер. Вдруг Фантастический Форзини сменил темп. На лице его отразилась мука. Звуки рождались медленно, дрожа от боли и тоски.

Фантастический Форзини играл без остановки больше получаса. Синьор Фидардо сперва казался скорее удивленным, но ближе к концу закрыл глаза и слушал со счастливой улыбкой на лице.

Когда отзвучали последние ноты, Фантастический Форзини сидел, прислонившись щекой к инструменту. Рубашка намокла от пота, еще недавно столь элегантно причесанные волосы торчали во все стороны.

– Ну, синьор Фидардо, – задыхаясь, прохрипел он. – Вы все еще считаете, что аккордеон с клавишами подходит только для незамысловатой популярной музыки?

– Нет, – ответил синьор Фидардо с легкой дрожью в голосе. – Я вынужден изменить свое мнение в этом вопросе.

Фантастический Форзини просиял.

– Так что, вы сделаете для меня инструмент?

– Кон пьячере. С радостью, – ответил синьор Фидардо, слегка поклонившись. – Если ваше предложение еще в силе.

Когда около девяти вечера Ана вернулась с работы, Фантастический Форзини еще был у нас. Синьор Фидардо достал гитару, и теперь они вместе играли песни из Калабрии, пили вино и говорили о местах, где прошло их детство. Я сидела, поджав колени, на стуле и слушала.

У Аны глаза расширились от удивления, когда она узнала знаменитого гостя. Синьор Фидардо представил их друг другу. Фантастический Форзини тут же встал, низко склонился, чтобы поцеловать Ане руку, а затем, прикрыв глаза, наградил ее ослепительной улыбкой.

– Ана, я считаю, ты должна выпить с нами бокал вина, – быстро проговорил синьор Фидардо. – И спеть фаду.

Ана немного помедлила, но потом взяла стул и села. Синьор Фидардо сыграл первые такты одной из ее любимых песен. Когда Ана запела, с лица Фантастического Форзини тут же сошла обольстительная самодовольная улыбка. Во взгляде появилось что-то серьезное и мечтательное. Он взял аккордеон и осторожно стал вплетать его звуки в мелодию, которую пела Ана.

Когда отзвенел последний такт, Фантастический Форзини с чувством воскликнул:

– Я хочу, чтобы эта песня прозвучала дополнительным номером на моем завтрашнем концерте. В вашем исполнении, синьорина Молина!