Читаем Правда полностью

- Та, на фстрече ф конференц-зале ф Забойном переулке – с торжеством подтвердил Отто – я хожу туда кашдую неделю, мы много поем песен, пьем чай, едим пулочки и федем фысоконрафственные песеды о закреплении позитифных рефлексоф, посфоляющих фыполнять наши строгие прафила и дершаться подальше от шидкостей челофеческого тела. Я польше не тупой сосун!

- Что думаете, мистер Доброгор? – спросил Вильям.

Доброгор почесал нос.

- Тебе решать – сказал он – Если он попытается напасть на моих ребят, долго будет потом свои ноги искать. А что за клятва?

- Это Убервальдское Движение за Трезвость – объяснила Сахарисса – Вампиры подписывают клятву и отрекаются от человеческой крови…

Отто вздрогнул.

- Мы предпошитаем гофорить: "слофо на букву ка" – сказал он.

- …от слова на букву ка – поправилась Сахарисса – Сейчас это Движение набирает популярность. Они знают, что это их единственный шанс.

- Ну… ладно – неохотно согласился Вильям. Ему самому вампиры не очень-то нравились, но после такой эмоциональной беседы отказать соискателю было все равно что пнуть щенка. – Как вы относитесь к тому, чтобы разместить свое оборудование в подвале?

- Ф подфале? – переспросил Отто – Фысокий класс!

"Вначале пришли гномы" – думал Вильям, возвращаясь к своему столу. Их частенько оскорбляли из-за их старательности и невысокого роста, но гномы трудились, не поднимая головы[44] и преуспели. Потом пришли тролли, и с ними обходились немного лучше, потому что люди не так уж часто кидают камни в созданий семь футов ростом, вполне способных кинуть камень в ответ. Потом, как чертики из табакерки, появились зомби. Под дверь просочились один или два оборотня. Карлики интегрировались в общество очень быстро, несмотря на неудачный старт, потому что они были сильными, а если их задеть – даже более опасными, чем тролли; тролль, по крайней мере, не мог забраться к вам в штанину и подняться вверх по ноге. В итоге осталось не так уж много существ, живущих отдельно от людей.

Вампиры влиться в общество не могли. Они вообще общество не любили, даже общество себе подобных, они не думали о себе как о виде, они были неприятно-странными и они - вот уж чертовски верно! - не открывали лавок с традиционной для своего вида едой.

Так что в конце концов у некоторого количества самых сообразительных кровососов зародилась мысль, что люди примут их только в одном случае – если вампиры перестанут быть вампирами. Это была высокая цена за социальную приемлемость, но не слишком высокая, если сравнить ее с отсечением головы и развеиванием пепла над рекой. Жизнь на кровяной колбасе оказалась предпочтительнее смерти на осиновом колу[45].

- Э, в любом случае, нам хотелось бы видеть, кого мы нанимаем – сказал Вильям.

Отто медленно и осторожно вышел из-за ящика. Он был худым, бледным, и носил овальные черные очки. Он все еще сжимал в руке черную ленточку, как талисман, которым она по сути и являлась, в той или иной степени.

- Все в порядке, мы вас не укусим – успокоила его Сахарисса.

- Надеюсь, это будет взаимно, а? – проворчал Доброгор.

- Это безвкусное замечание, мистер Доброгор – укорила его Сахарисса.

- Как и я сам – ответил гном, возвращаясь к каменному столу – просто хочу, чтобы все были в курсе моего мнения на этот счет.

- Фы не пошалеете – заверил их Отто – Я софершенно преобразился, уферяю фас. Итак, какие картинки мне сделать для фас?

- Новостей – сказал Вильям.

- А что такое нофости, поясните пошалуйста?

- Новости это… - начал Вильям – Новости… это то, о чем мы пишем в газете…

- Что скажете насчет этого, а? – раздался радостный голос.

Вильям повернулся. Поверх картонной коробки на него смотрело ужасно знакомое лицо.

- Здравствуйте, мистер Вьюг[46] – поздоровался он – Э, Сахарисса, не могла бы ты сходить в…

Он не успел. Мистер Вьюг принадлежал к той разновидности людей, которые считали подложенную на стул кнопку верхом остроумия, поэтому прохладным приемом его было не смутить.

- Сегодня утром я копался в саду, и вдруг увидел вот этот корень пастернака, и я подумал: тот молодой человек в газете просто помрет со смеху, когда увидит такое, потому что моя жена не смогла без смеха смотреть на этот корень, и…

К ужасу Вильяма, Вьюг уже сунул руку в коробку.

- Мистер Вьюг, я не думаю, что…

Но рука посетителя уже тащила что-то из коробки, было слышно, как оно шуршит о картонные стенки.

- Готов поспорить, присутствующая здесь юная леди тоже не против как следует повеселиться, а?

Вильям в ужасе закрыл глаза.

Он услышал, как Сахарисса поперхнулась. Потом она произнесла:

- Ну и ну, совсем как настоящий!

Вильям открыл глаза.

- О, это же нос – сказал он – пастернак с шишковатым лицом и длинным носом!

- Фы хотите, чтобы я сделать картинка? – спросил Отто.

- Да! – с чувством глубочайшего облегчения воскликнул Вильям – Сделай большую картинку с мистером Вьюгом и его чудесным носатым пастернаком, Отто! Твоя первая работа для нас! Да, конечно!

Мистер Вьюг просиял.

- Давайте, я сбегаю домой и морковку тоже притащу? – предложил он.

- Нет! – в унисон воскликнули Вильям и Доброгор.