Читаем Прах и тень полностью

Наверное, ты очень сердита за то, что я прятался от тебя все это время. Если бы я раскрыл причину своего молчания, ты, боюсь, вообще не захотела бы больше видеть своего брата. Как я скучаю по тебе, Питеру и малышам! Пожалуйста, ни в коем случае не говори детям об этом письме. Скажи лучше, что я снова отправился на войну. Как-нибудь объясни мое отсутствие. Даже после всего совершенного мною зла я не вынесу, если они станут бояться своего дяди. Мысль о том, что они запомнят меня таким, каким я хотел быть всегда, — ты ведь не скажешь им, Лили! — несет мне утешение. Возможно, это единственное, что у меня осталось.

Помнишь, в детстве я иногда бывал слегка не в себе. Однажды даже сильно ударил тебя, мою дорогую сестричку. Тебе было тогда шесть лет. Не забыла это? Губа кровоточила, и ты пряталась от меня, а после того как отец задал мне добрую трепку, я всякий свободный час проводил на скотном дворе: делал куклы из соломы, чтобы ты простила меня. Клялся, что никогда в жизни не впаду больше в такую ярость.

В Египте я знал одного парня, мы дружили. С ним-то кончилось благополучно, но после того случая все изменилось. И был еще один малый, который пытался обжулить меня в карты после нашего возвращения в Плимут. Я думал, опиум поможет унять мой нрав, но вскоре понял: не тут-то было! Ввязался в историю, о которой не хотел тебе рассказывать, — уж лучше бы мне отрезали руку! Но если ты когда-нибудь простишь меня и помянешь добрым словом, когда меня уже не будет, ты должна знать всю правду — я не в силах больше выносить этот обман! Как-то я шел с одной девушкой по проулку. Мы были вместе минут десять, не больше. Она злобно пошутила надо мной — женщина не вправе говорить мужчине такие вещи. Я был пьян и помню только, что черная ярость словно прожгла дыру мне в груди. Дьяволу было угодно, чтобы в моей руке оказался штык. Это произошло за считаные мгновения. Когда все было кончено, ее лицо казалось печальным. Я услышал звук приближающихся шагов и побежал со всех ног, пока не свалился в канаву, где и пролежал до утра. С тех пор я и телом, и душой пребываю в грязной канаве.

Я не заслуживаю радости увидеть тебя снова, да и ни одна девушка больше не станет доверять мне. Возможно, с тех пор как это случилось, я уже провел достаточно времени в аду, и Господь меня простит, а может быть, больше вообще ничего не будет — только тишина. Наверное, этого я и хочу больше всего.