Читаем Прагматик полностью

— Только потому что Хенси больше не играет за Ямага, — ввернула Миза и гордой походкой поплыла в кабинку.

Я пожал плечом и последовал за ней. Раз Миза ведет разгульный образ жизни, нечего и мне переживать о слухах.

Внутри семь парней и три девушки встретили нас офигевшими лицами. Песня прервалась на полуслове, беспризоный звукоряд повис в воздухе.

Курсаки натянул улыбку на лицо и указал ладонью на нас.

— Смотрите, кого я встретил! Принимайте гостей!

Гробовое молчание в ответ. Не считая музыки из караоке. Кто-то демонстративно отвернулся и пригубил из стакана.

Тогда я взял микрофон и запел. Хорошо запел. У Хенси оказался приятный голос с глубиной и экспрессией, песня лилась в тон музыки, словно слова шли у меня из сердца. Ребята вокруг забыли про напитки, только смотрели и слушали.

Музыка объединяет людей. Когда песня закончилась, девушки закричали «браво», парням лирический саундтрек не так вставил, но им пришлось поддержать подружек вялыми хлопками. Тогда Миза уселась, ей налили сок. Меня же пустили к столу не сразу, веселые девушки, смеясь, перегораживали дорогу и умоляли развлечь их еще. На третьей песне мне дали уже стакан смочить горло и отделили кусок пиццы. Пока жевал, сбоку все время прижималась одна хохотушка, что-то вереща. Ее третий размер приятно упирался в плечо, бесспорно. Но настроение в компании от этого только ухудшилось.

Обычно пустые глаза Мизы чуть молнии не метали. Все парни тоже напоминали готовые извергнуться вулканы. Скрипели зубами, сжимали кулаки. Понимаешь, приперся к ним, победителям турнира, вшивый демон и сразу сграбастал самую красивую девчонку. А она, и правда, помимо внушительного бюста обладала милым лицом и струящимися розовыми волосами. Вылитая Сакура в юности, наверняка.

— Дуэтом, давай споем дуэтом, — тыкала она микрофоном мне чуть ли не в рот и кивала подругам со смартфонами наготове. — А вы записывайте. У него такой звучный голос, так и тянет его слушать и слушать.

Может, в айдолы податься? Много фанаток значит много секса, а много секса значит много ци…И много проблем.

В это время Курсаки тоже почувствовал, что празднование вот-вот обернется мордобоем.

— Киркари-сан, а сколько баллов ты набрала на промежуточных? — попробовал перевести тему первый номер.

— Больше тебя, — прошипела Миза. — Больше вас всех.

Тут копия юной Сакуры отвлеклась от случки моего лица с микрофоном.

— Еще бы, — с презрительным оскалом протянула она. — Ведь у нашего Гения Киркари нет ни друзей, ни парня. Чем ей еще занять…

— У Мизы-сан есть друзья, — прервал я красотку и смущенно отвел лицо. — И надеюсь, парень тоже.

Все вмиг прикипели ко мне взглядами. Да и к черту слухи, раз уже показались вместе. Парень, друг — не так важно.

Вдруг на другом конце стола приподнялся тяжелый форвард.

— Хватит чушь нести, — громыхнул громила. — Маг никогда не будет встречаться с каким-то инкубом, — а дальше он выдал: — Извинись перед Киркари-сан.

— А не охренел ли ты? — следом привстала Миза. — Пусть лучше повторит еще раз. А то до этой сисястой дряни пока не дошло!

Видимо, чтобы все точно поняли о ком речь, ее указательный палец указал прямо на буфера «юной Сакуры». Та от испуга аж икнула, но от моего плеча не отлипла.

— Это поправимо, — заявила смелая красотка и прижалась поплотнее. Я подергал плечом. Блин, вцепилась крепко, просто так не вырвешься. Самоубийца хренова. Точно ведь все понимает, не просто так зажмурилась. К счастью, никто из голосов в голове Мизы не подстегнул ее шмальнуть в нас мармеладной волной.

Тяжелый форвард помолчал немного, словно надеясь на обратное, а затем заорал:

— Тогда…тогда я вызываю тебя на дуэль, инкуб.

Я почувствовал, как у меня ум за разум заходит.

Ладно Миза. Ее читать почти никогда не мог. Но то, что сейчас вытворяют тяжелый форвард или «юная Сакура», — бред бредом. Я всмотрелся в лицо здоровяка. Показалось или его тупая мина рябью пошла?

Сраная богиня солнца. Блин, мне что, теперь вообще на люди нельзя выходить?

— Давай лучше со мной, придурок? — молодчина Миза.

— Не-е… — здоровяка бросило в пот. Понимаю, неохота связываться с сумасшедшей. Не для этого же приперся из будущего.

Тем временем розоволосая красотка отстранилась от меня. Даже жалко — такие мягкие упругости покинули. Но ее реплика уже ни в какие ворота не лезла:

— Прячешься за девушку, инкуб?

Я с притворным упреком на нее посмотрел. А вообще красотке стоило до конца играть роль фанатки моего тенора. Теперь же нестыковок с ситуацией накопилось достаточно, и иллюзия возмущения на нежном лице отчетливо колебалась волнами.

Остальные ребята застыли с удивленными минами. Если среди них сидели еще регрессоры, пока свои роли массовки играли хорошо. Не выдают себя, падлы.

- А вы ничего не перепутали? — возмутился я. — С какого хрена мне с ним драться?