Читаем Позывные — «02» полностью

Об этом, конечно, мне рассказывали родственники, когда я в гости приезжала. А я часто у них гостила. Там же моя родина. Вышла замуж за ташкентского жителя, и вот переехала сюда. Муж мой служил в Батуми, там и познакомились. И, как бывает, привез невесту со службы домой. Но вам это неинтересно, — спохватилась она, увидев, что инспектор перестал писать. — Я про племянника закончу. Да, так вот, непутевый он! Или потому, что один у них рос?! И все равно, не могу понять, откуда он такой в нашей семье появился!

— А не было ли у него еще каких-то веских причин для того, чтобы уехать из Батуми? — спросил Гонтин.

Галия Муслимовна помолчала. Потом, вздохнув, призналась:

— Были, были у него и в Батуми неприятности. С кем-то очень сильно поссорился. Наверное, с друзьями, такими же, как он сам! Слышала даже как будто, — она перешла на шепот, — убить его грозились. А что он там натворил, не знаю. Вот тогда он и заявил родным, что поедет в Ташкент и начнет новую жизнь. Права на вождение машины у него давно были. Он еще в армии, когда служил, водителем на каком-то грузовике работал. Прямо скажу: хорошим и там не отличался. Ни разу в отпуск не пустили, ни одной благодарности не заслужил. Другие-то ребята из армии приезжают — так их как будто подменили! Ну, золотые просто, не узнать! А этого, видно, ничто не исправит. Ох, не хотелось бы мне такое про родного племянника говорить, да куда денешься, если он такой… Ну и вот, приезжает он, значит. До глубокой ночи мы с мужем внушали ему: стань наконец человеком. Поможем тебе хорошую работу найти. И невесты в Ташкенте есть… Во всем поможем. И пока не начнешь жить самостоятельно, пользуйся нашим гостеприимством сколько душе угодно.

Казалось, задумался. Чуть не клянется: начну жить иначе.

И я грешным делом поверила. В самом же деле, сколько парню шалопайничать? И что ж вы думаете? Ничего не изменилось. Сначала устроили мы его водителем, в одном ПТУ. Он возил директора. Через месяц уволили его за прогулы. Потом стал работать в Метрострое. И того меньше его там терпели. Сколько слов было сказано, сколько советов ему давали! Все напрасно! Слушать ничего не хотел… Работать как все — это ему не подходило. Появились такие же дружки. Иногда собирались здесь, выпивали, что-то обсуждали. Нас с мужем в свои дела не посвящали. Все чаще он стал пропадать из дому. То на три дня, то на пять, бывало и на неделю. Чем занимался — я до сих пор не знаю. Стыдно сказать, но мы махнули на него, рукой. Ну, не признает нас, не считается с нами. Что же делать? Он был предоставлен самому себе… Но, с другой стороны, он же не мальчик пятнадцати лет, за которым присмотр нужен. Взрослый мужик, сам отец. Какие ему внушения могли помочь?

Я чувствовала, что все это может кончиться для него плохо. И вот вы здесь… Значит, он совершил какое-то преступление? — Она тревожно заглядывала в глаза Гонтина. — Это совсем убьет его мать. Жаль больную женщину… Что же он сделал?

— Скажите, пожалуйста, когда вы видели его в последний раз?

— Недели три назад. Он заходил. Вел себя тихо, мало разговаривал. Я спросила, чем он сейчас занимается? Он ответил, что работы вполне хватает. И толком ничего не объяснил. Я видела, что он не в себе. Куда-то делась его самоуверенность. Спрашиваю: может, нездоров? Говорит, все в порядке. Спросила, где живет? Ответил неопределенно, у друзей, мол, и ушел. Но не в себе был, это точно…

— А что вы можете сказать о том, где его машина?

— Что я могу сказать? Не знаю. Когда он жил здесь, и автомобиль стоял у нас во дворе. А как ушел жить к каким-то друзьям своим, так и «Жигули» забрал с собой. Месяца три уж прошло… С тех пор машины его я не видела.

— Прошу вас, расскажите подробнее об этом эпизоде. Как он ушел? Почему? Что этому предшествовало?

— Дня за два до того мы с ним сильно поссорились. На той же почве. Пил, поздно приходил, привозил иногда каких-то девиц… Мне они очень не нравились. Не нужно ему было это. Я так прямо и сказала. Пора, говорю, кончать с таким образом жизни. Не за этим в Ташкент приехал. Так можно было и дома жить.

Он словно взбесился. Кричал, бранился. Почему его все поучают?! Что он не мальчишка! Как хочет жить, так и будет!

Я дала ему понять, что если он решил продолжать такую жизнь и дальше, то пусть уходит от нас. Мне такой «квартирант» в доме не нужен.