Читаем Пожарский-2 полностью

— А то! — довольно расплылся Илюха. — Правда, когда узнал, что железная узорная палка — это то, что от булавы осталось, впал в глубокую задумчивость, но хоть не орал. Чоботы с посохом изъял. Сказал, что помимо меня эдакий наряд желающие поносить выстроятся, из старшей родни, но мне время тоже выделят — всё ж таки нашёл, заслужил. Хотя в Академию я в нём ходить не буду, только дома, типа это наша семейная тайна, — Илья неловко поёрзал. — Не в службу, а в дружбу, прошу тебя: никому про булаву не рассказывай, а?

— Да какой разговор! — мы пожали руки под звонок на четвёртую пару и Илюха важно пошёл дальше Белову охранять.

Между прочим, может быть, за этим он тут и есть?

Интересно, как скоро Илюхин батя будет в курсе, что никакое не видение, а некий подозрительный тип из вымирающего рода древний секрет младшему Илье открыл? Полагаю, не далее, как сегодня вечером ему доложат. А скорее — уже доложили.

Мне стало немного неуютно. За каким лешим я придумал про свои дневники? Как оправдание знаний это было, конечно, удобно. А вот что я буду делать, если кто-то из сильных захочет эти дневники у меня стребовать? Одна надежда на Кузьму. Выдержит ли он, если против меня несколько родов соберётся — вопрос. А закончить вторую жизнь в какой-нибудь темнице примученным мне совсем не хотелось.

ОТШЛИФОВАТЬ

Всю последнюю пару я занимался шлифовкой составленного заклинания «роя» и второго — небольшого дополнительного сюрприза, который я назвал «толчок». Оттолкнуть должно было так, чтоб ни один сканер не захотел Кузьму (или меня) искать.

После занятий расходились уже не так шустро, как в первый день. Илья каким-то образом сумел так себя поставить, что вокруг него собирались и мажоры, и одиночки, и даже кое-кто из служилых, и даже таинственная Белова тоже стояла в этой группе (и сегодня даже, кажется, с кем-то разговаривала).

Ага. К воротам подъехал очень большой автомобиль с окнами не затенёнными, а зазеркаленными. Анна кивнула всем сразу — за ней. А Илья, что характерно, очень внимательно смотрит: дошла, села, уехала.

— Мне прям интересно, — пробормотал я себе под нос, — он скрытый телохранитель — или просто девочка понравилась?

— Я бы поставил на второе, — так же негромко высказался Кузьма, вышагнувший из тени человеком.

— Да уж в тебе-то я не сомневался! А, может, и первое, и второе, да ещё и компот в придачу? — Кузя хмыкнул. — Пошли, вежливо с людьми попрощаемся.

Мы подошли к треплющейся кучке. Почему бы и нет? Всё равно нам дождаться надо, когда тренировочная зона опустеет.

В центре обсуждений была «Птица Сирин». Несколько девочек собрались проинспектировать на предмет вкусностей:

— Илюш, пойдёшь с нами?

— Не! — махнул Илья рукой. — Мне сегодня дома вовремя надо быть — кровь из носа!

Ясно, помчится чоботы в свою очередь носить.

— А ты, Дима?

Ух ты, это мне?

— Сожалею, но сегодня у нас крайне важное и очень срочное дело.

— Что, даже и младшего с нами не отпустишь? — кокетливо надула губки Звенислава Драгомирова.

— Рад бы — но не могу, — изобразил учтивость я. — Зато искренне рекомендую мороженое «светлый Ирий», нам с моим целителем очень понравилось.

— М-м? — выгнула бровь Людмила Шаховская. — Ты ходишь в кафе с целителем?

— Вообще-то с целительницей. Откровенно говоря, это очень юная девушка.

Эффект получился замечательный. Девицы застреляли глазками, подразумевая, что они тут тоже юные, и ничуть не хуже неизвестной лекарши, и вообще — не нужна ли князю Пожарскому немедленная помощь? Смешные, ёшки-матрёшки.

В конце концов девчонки упорхнули, Илюха ещё раз спросил, точно ли мне не нужна помощь — и тоже уехал, парни друг за другом начали расходиться, и мы с Кузей тоже потихоньку направились в тренировочную зону.

Навстречу попался вчерашний лаборант. Грустный.

— Вечера доброго, — начал он, тревожно переступая с ноги на ногу. — Строго-настрого запрещено без учителей студентов пускать. Штрафы грозились выписывать.

— И большой штраф?

— Тридцать рублей! А за повторное — пятьдесят, — голос лаборанта сделался вовсе унылым.

— Крохоборы, а? — спросил я его, вызвав непонимающий взгляд. — ладно, решим и этот вопрос. Я сегодня в музей.

— Это можно, проходите.

«А эти чего тут толкутся?» — недовольно спросил Кузьма, заметив, что в помещение музея практически следом за нами вошли оба новеньких.

«Да леший их знает, — мне соседство альвов тоже не очень нравилось, но не предъявлять же им претензии, — Место общественное. Ты, главное, смотри, чтоб в момент наложения заклинаний никто не вмешивался».

Мало ли. Были прецеденты. «Ах, вам не плохо⁈» — и за плечи трясти. Начинай потом всё с начала.

Кроме нас и пары уборщиков в музее уже никого не было. Я кивнул Кузьме: «Пошли в избушку». Заклинания у меня готовы. Ждать, пока альвы уйдут смысла не вижу. Тесноты уже нет, можно работать. Я решил, что буду брать по одному камню из правого кармана, обрабатывать — и перекладывать готовые в левый. И даже успел почти доделать третий, когда в мой кокон сосредоточенности начали просачиваться реплики, всё громче и громче:

— Дамочка, я бы попросил вас…