Читаем Повести полностью

А над головой свистело, хлестало, загоралось небо трассами, косматыми искрами сносимых на скаты высоты ракет, и было похоже, что немецкие автоматчики обошли НП с запада, просочились из станицы к подножию высоты.

- Ползают они где-то под носом!.. - сказал Божичко с раздумчивой подозрительностью. - Прочесать бы высоту, что ли, товарищ генерал? Обнаглели, гады, вконец!

- Если бы, конечно, три броска - и разомкнуть кольцо вокруг полка Черепанова, - послышался рядом голос Веснина, и, обернувшись, Бессонов увидел его в двух шагах. - Эх, Петр Александрович, я печенками понимаю Деева! Никак невозможно видеть, как на глазах гибнет полк Черепанова.

Тоже высокий, но по сравнению с глыбообразным Деевым легкий, в белеющем полушубке, крест-накрест стянутый портупеями, Веснин крутил в пальцах очки, и, показалось, сине блестели его зубы, прикусившие нижнюю губу.

- Положение Черепанова действительно катастрофическое, - продолжал Веснин, подходя к Бессонову ближе. - Потери в батальонах огромные. И не заметно, чтобы немцы скоро выдохлись… Наседают и наседают. Не пора ли привлечь на помощь Дееву триста пятую? Честное слово, пора!

- Наденьте очки, Виталий Исаевич, - сказал вдруг Бессонов и чугунной ношей почувствовал всю тяжесть своего сдерживающего опыта и эту завидную молодую легкость эмоционального Веснина. И прибавил: - По высоте автоматчики ползают. Так и случайную смерть можно не увидеть… А насчет триста пятой вы не ошибаетесь - пора. Да, пора. И будем надеяться, Виталий Исаевич…

- Живу надеждой, Петр Александрович, - сказал Веснин и повторил: - Нет, не скоро они здесь выдохнутся. Для них тут: или - или…

- Для нас также, - медлительно проговорил Бессонов.

А высота гудела под нахлестами ветра, под накатами боя, то будто взлетала к освещенному небу, пышно иллюминированная рассыпчатым ливнем ракет, то опадала в темноту; быстрые светы и тени ходили по ней, шевелились в траншее, озаряя лица, гасли, бросая черноту в глаза.

- Товарищ генерал! Прошу вас в блиндаж! Прошу в блиндаж! - крикнул Божичко и сорвался с места, бросился к ходу сообщения, предупреждая кого-то свирепым окликом: - Сто-ой! Кто такие?

Там, внизу, в ходе сообщения, явственно возник шум движения, донеслись тревожные оклики часовых, потом сгрудились тени в узком проходе, и Божичко, подбежав к повороту траншеи, с автоматом наизготове, опять окликнул с неистовостью угрозы:

- Сто-ой! Стрелять буду! Кто такие?

Все смолкло внизу, тени перестали двигаться, одиночный голос часового сообщил:

- Из штаба армии. К командующему. Пропустить?

- Подожди! - остановил Божичко и, сбежав вниз, вгляделся.

- Кто это еще командует? Что это еще за «подожди»? - откликнулся другой голос входе сообщения. - Вы это, майор Божичко? Чего на своих орете, как с гвоздя сорвались? Где командующий?

- А, товарищ полковник! - протяжно сказал Божичко и засмеялся. - А я-то думал, фрицы ползают! Что это вы к нам, товарищ полковник? Соскучились?

- Давно по вас скучаю, майор Божичко. С вашим зверским голосом не в адъютантах бы вам ходить, а в командирах стрелкового взвода. Генерал здесь? Член Военного совета?

- Каким мать родила, товарищ полковник. Можно и взвод - не пропаду… Здесь они. Проходите.

Из хода сообщения, небрежно отряхиваясь, вышел в траншею начальник контрразведки армии полковник Осин, быстро стал оправлять ремень, кобуру пистолета, полевую сумку. Все сбилось на нем, будто бежал и падал, долго ползал по сугробам; и адъютант его, вооруженный автоматом, с головы до ног вывалянный в снегу, маленький, пухлый, отпыхиваясь, наклоняя голову при взвизгах очередей, стоял сзади и осторожно помогал ему - очищал налипшие белые пласты со спины, с боков Осина. Божичко не без заинтересованности оглядывал их и слегка улыбался. Позади в траншее, тоже отдуваясь, топтались еще трое: коренастый, с железной фигурой борца майор Титков и двое рослых, дюжих автоматчиков - из охраны Бессонова, оставленной им на НП армии.

- И вы туточки, ребята? - спросил с удивлением Божичко. - Вас вызывали?

- Что за любопытство? Много лишнего хотите знать, Божичко! - прекратил расспросы Осин и, справившись наконец с дыханием, оттолкнул услужливо скребущую по полушубку руку адъютанта. - Все, Касьянкин, все! Лоб от старания расшибешь! Со мной не ходить, ждать здесь! Находиться с охраной. - И кивком показал в глубину траншеи. - Майор Божичко, проводите-ка меня к члену Военного совета. Где его блиндаж?

- Он вместе с командующим, товарищ полковник. На энпэ.

- Ведите, майор - приказывающе уронил Осин и двинулся вслед за Божичко с твердостью в крупной походке, с достоинством знающего себе цену человека, несуетливо и серьезно выполняющего долг. Незнакомые командиры из дивизии, встречаясь в траншее, провожали его взглядами, стараясь угадать, кто он и с каким приказом прибыл в этот час.