«Хорошо хоть вечер, движение меньше!» – подумала она, бросаясь в ведущий к старой городской балке узкий переулок. Асфальт под ее лапами трескался и проваливался. Она невольно глянула вниз…

Сквозь трещины лезли черви.

Тонкие и толстые, белесые и омерзительно-розовые, они извивались, переливаясь блестящими даже в темноте кольчатыми телами, пульсирующей волной вырывались из трещин, растекаясь по асфальту, захлестывали лапы Хортицы, взбираясь все выше. Хортица завизжала жалобно, как побитый щенок, – и взвилась в небо. Темные, как окрестный мрак, крылья распахнулись у нее за спиной, она отчаянно засучила лапами в воздухе, стряхивая налипших червей. Могучие крылья подняли ее выше…

Смерч налетел с хохотом. Ударил. Захрустели перья. Крыло заломило вихрем назад, оно хлопнуло и бессильно повисло. Хортицу закрутило в воздухе. Смерч безжалостно выворачивал ее уцелевшее крыло. Борзую шарахнуло об асфальт, она покатилась…

Черноволосая девочка в изодранной блузке приподнялась на дрожащих руках, попыталась встать… Медленно, завораживающе танцуя, то взмывая вверх, то опадая, как гипнотизирующая жертву кобра, вихрь приближался.

Ирка чувствовала: если смерч подберется к ней, если она попадет внутрь – все, конец! Она поднялась на дрожащие ноги и начала пятиться, не сводя со смерча глаз.

– Иды соби звидси подали, та до краю свиту… – снова забормотала она.

Черный столб приближался, неспешно и неумолимо.

– Стань там та дмухай до суду-вику! – яростно прокричала Ирка, продолжая пятиться.

Смерч надвигался.

Ирка отступила снова… И уперлась спиной в жесткие доски. На краткий миг оторвав взгляд от вертящегося вихря, она быстро посмотрела вбок… Бежать некуда, она стояла, прижавшись лопатками к высокому забору!

Смерч налетел на нее. Леденящий и скользкий холод охватил девчонку со всех сторон. Смерч кружил, скользя по голове, волосам, шее, плечам и груди, как ползущая змея.

– Кха-ш-ш! – теперь вместо хохота Ирка слышала тихое шипение. – Кха-ш-ш! – такое знакомое шипение!

– Айт, – едва шевеля губами, выдохнула она, – Айт!

– Кха-ш-ш! – шипение метнулось яростным рыком, переходящим в громыхание, похожее на раскаты грома.

Гипнотически извиваясь и перетекая друг в друга, перед глазами колыхались белые змеистые линии. В голове словно что-то сместилось, мир поплыл вместе с зыбкими туманными лентами.

– Айт, – снова прошептала Ирка.

Кто это – Айт? Она хмурилась, мучительно пытаясь вспомнить. Это важно. Очень важно. Кто это?

– Айт…

Ленты перед глазами завертелись быстрее, сливаясь в сплошное мельтешение. Ирку затошнило, мысли тонули в мерзкой липкой мути.

Нет, она не помнит. Она не помнит! Кто – она? Кто она? Кто? Как ее имя? Она не помнит свое имя! Имя? Что такое имя? Какое смешное слово – и-мя… я… я… Я? Не я… Нет меня…

– А-й-й-т, – бессмысленно улыбаясь, протянула Ирка. Она не знала, что это значит, не знала, кто она, ничего не знала… Ей просто нравилось сочетание звуков – напевное такое:

– Айт, Ааа-й-й-т, Айт!

Хриплый, яростный, злобный вопль донесся из белесого тумана.

От раздавшегося в ответ не менее яростного кошачьего мява зазвенело в ушах.

– Мря-я-у!

Кружащиеся вокруг туманные ленты задрожали… Что-то хлопнуло, словно треснул туго натянутый целлофановый пакет. В белесом водовороте заплясал огонек. Муть распалась, и из разрыва высунулось… нечто. Маленькие пронзительные глазки, патлы мечутся на ветру. В кулаке зажата толстая свеча. Она искрила, как китайский фейерверк, и дымила, будто паровоз.

Содрогаясь от судорожного удушающего кашля, Ирка очнулась. Цепляясь за разболтанные доски, она почти висела на заборе. Что-то мешало в горле, перекрывая доступ воздуха.

Тяжелая ладонь изо всей силы огрела ее между лопатками. Ирка почувствовала, как что-то вылетело у нее изо рта, шмякнулось о забор и стекло наземь. То ли длинный червяк, то ли маленькая змейка извивалась у ее ног, буравчиком ввинчиваясь в мерзлую землю. Ирку скрючило снова – на этот раз от тошноты.

– Мря-я! – Иркин кот сиганул с забора. Трехцветный хвост хлестал из стороны в сторону, из груди вырвался даже не мяв, а горловой, утробный то ли рык, то ли рев. Лапы бешено рыли землю, торопясь добраться до змейки, крючковатые когти сомкнулись, норовя ухватить извивающийся хвост… Гибкий чешуйчатый кончик проскользнул между когтями – и змейка исчезла в земле.

– Мря-я-я! – кот уселся копилкой, жалуясь, словно его оставили без молока. На широкой бандитской морде отражалось глубокое, как море, разочарование.

Ирка выпрямилась, вытирая кулаком рот… и растерянно уставилась в физиономию той, что пришла ей на помощь.

– Бабушка? – пробормотала Ирка.

– А кого ты ще возле своей хаты думала побачыты? – растягивая губы в насмешливой улыбке, рявкнула бабка. – Змия-дракона або видьму на помеле?

2. Ведьма с доставкой на дом

– Возле своей хаты? – Ирка обернулась и потерянно уставилась поверх забора на дом.