Читаем Повелители теней полностью

— Никто его не видел, но ходят слухи, что он удрал почти с половиной своих людей и сейчас они скрываются где-то в городе. — Гонец закашлялся. — Могонские ищейки сидят у себя в башне.

Джерейн кивнул, потом начал отдавать приказы. Он хотел спуститься со своими людьми на площадь и попытаться образумить подмастерьев, пока Хаволл провожает Мазарета и Каммера через чердак.

Мазарет задержался на пороге комнаты и потянул носом воздух. Пахло дымом.

— Эти идиоты подожгли склад с дровами, — пояснил Хаволл из коридора. — Могонцы непременно заметят огонь из своего лагеря.

— Если Вауш попросит у Беграйика помощи, как скоро они будут на площади?

Хаволл пожал плечами:

— Меньше чем через четверть часа. — Казалось, он принимает какое-то решение. — Мой господин, что если вы пойдете вниз по черной лестнице, а я посмотрю, нет ли охранников на парадной?

Мазарет удивленно поднял бровь:

— Мне почему-то кажется, что мое мнение здесь не очень много значит.

— Нет, на самом деле это не так, — бодро ответил Хаволл, исчезая в лестничном пролете. Мазарет покачал головой и пошел в другую сторону.

Оказавшись на четвертом этаже, он заставил себя действовать еще спокойнее и расчетливее, несмотря на волнение, связанное с надеждой на то, что девушка еще здесь, и боязнью, что она действительно здесь. Открытие того, что наследник Дома Тор-Каварилл оказался женщиной, глубоко поразило его и взвалило на сердце дополнительный груз забот. Мазарету делалось дурно при мысли, что он должен убить юную девицу только из-за того, что она родилась в этом семействе, но он не отступался от этой идеи, несмотря на охватившее душу смятение.

Мазарет прислушался, потом осмотрел три комнаты в глубине здания и неслышно приближался к четвертой, но замер, услышав молодой женский голос, что-то напевающий. Он тут же взял себя в руки, широко распахнул дверь и шагнул внутрь. Девушка оказалась в дальнем углу комнаты, она сжимала в руках челнок ткацкого станка, и на ее лице была написана решимость.

— Я знаю, зачем вы здесь! — заявила она.

Девушка была стройной и тонкой, почти хрупкой, ее узкое правильное лицо обрамляли прямые золотистые волосы. На вид ей было не больше шестнадцати, но выдержка и самообладание были гораздо старше ее. Взгляд светлых неподвижных глаз оставался печален.

Она попыталась ударить Мазарета челноком, когда тот двинулся к ней, но он легко вырвал челнок из ее руки. Она вздрогнула, но не от страха, и посмотрела ему прямо в глаза, на какой-то миг ему показалось, что на него смотрит Сувьель, ее печальный и отчаявшийся взгляд пронзал его насквозь.

Мазарет знал, что не сможет. Все его мысли о долге испарились от этого проявления силы духа. Он раскрыл рот, чтобы сказать что-нибудь ободряющее, что могло бы успокоить ее, но тут послышался звук шагов.

В дверях появился Хаволл, с трудом переводящий дыхание, одной рукой он держался за косяк двери.

— Главный вход охраняется, но бунтари уже лезут в окна. Идя обратно, я встретил Каммера, он говорит, что видел кого-то из людей Вауша, они лезут по лестнице смежного дома, так что он отправился искать другой выход. — Он бросил взгляд на девушку и поклонился. — Госпожа…

— Хаволл, у нас нет времени знакомиться, — произнес Мазарет. — Если ситуация столь серьезна, как ты говоришь, мы должны уходить. — Он протянул руку девушке. — Идем с нами. Я даю тебе слово, что никто не причинит тебе вреда…

Послышались звук удара и крик, Мазарет обернулся и увидел Волина, стоявшего над катающимся по полу и стонущим Хаволлом. В одной руке он держал дубину, в другой небольшой арбалет, нацеленный на Мазарета.

— В этом я сильно сомневаюсь! — Волин яростно уставился на Мазарета. — Брось меч. Прекрасно. Алель, дитя мое, мы должны идти. Иди ко мне, быстро!

Мазарет бессильно смотрел, как девушка перебегает на другую сторону комнаты и встает за спину капитана.

— Повернись! — приказал Волин Мазарету, направляя арбалет ему в лицо. — Будь любезен.

Мазарет сделал так, как было приказано, подавив желание рвануться в сторону от направленной ему в голову стрелы. Он услышал, как Волин подошел ближе и произнес:

— Я дарю тебе твою жизнь. Если мы встретимся снова, я заберу свой подарок.

Мазарет не слушал слова капитана, он ловил звук его движений, скрип кожаных башмаков, негромкое позвякивание меча и звук летящего по воздуху тяжелого предмета. Он подался вперед, стараясь пригнуться, но дубина и не целилась ему в голову. Вместо этого он получил сильный удар в плечо, отбросивший его к стене у окна. Он рухнул на пол. Плечо болело, к горлу подкатывала тошнота, он сделал над собой усилие, чтобы не потерять сознание.

Он слышал, как Волин что-то пробормотал, потом до него донесся звук удаляющихся шагов. Он осторожно потрогал плечо и убедился, что кость цела, несмотря на ужасающую боль, пронизывающую теперь всю руку. Он подошел к Хаволлу, лежащему в дверном проеме, его тело уже начало остывать. Мазарет подобрал с пола свой меч, потер ноющий левый висок и вышел из комнаты, собираясь преследовать ушедших.